Селия в это время мягко и при том рассудительно объясняла своей помощнице, что от них требовалось сделать в кратчайшие сроки перед приближающимся благотворительным мероприятием. Спонсорами выступали люди государственной знати, а значит, все должно было быть по высшему разряду.

Волновалась ли Веласкес? Нет. Уставала? Бывало. Она любила свою работу, но еще больше любила то, как хорошо ей удавалось ее выполнять.

– Ты подготовила список гостей? – задала в завершение своей речи вопрос Селия, наблюдая, как быстро бегали пальцы Габриэлы по экрану планшета.

– Конечно! Сейчас принесу.

Селия улыбнулась и кивнула. Когда помощница ушла к своему рабочему месту, Веласкес вернулась к подруге.

– Как думаешь, в чем мне пойти?

– Может, что-то однотонное? Обтягивающее? – накручивая прядь кудрявых рыжих волос, которыми так восхищалась Селия, предложила Гирадез.

Роза была девушкой, аура которой напоминала знойную жару самой Испании. Ее жгучую натуру не переносили на дух женщины, но никогда не проходили мимо мужчины. Она была импульсивна, немного капризна, а еще обладала невероятной красоты зелеными глазами, что в сочетании с рыжими волосами наталкивало только на одну ассоциацию – ведьма.

– Надо подумать, – озадаченно поджала губы Веласкес, допивая кофе.

– У тебя прекрасный вкус в одежде, дорогая. В парнях тоже...

Гирадез заливисто рассмеялась, словив на себе забавный испепеляющий взгляд подруги. Долго недовольство Селии не продержалось, и она улыбнулась, покачав головой.

Со стилем у Веласкес и правда все было в порядке. Сейчас, например, на ней была легкая летняя блуза с коротким рукавом и очаровательным цветочным принтом. В сочетании с темно-синими обтягивающими джинсами и винтажными аксессуарами образ выглядел свежо и необычно. А вот насчет вкуса на парней можно было поспорить. Может, насмотренность в мужчинах вырабатывалась только с возрастом?

– Обожаю тебя, bonita, – искренне произнесла Селия.

Гирадез еще немного почтила подругу присутствием и отправилась по своим делам, с грацией уверенной в своей красоте амазонки покинув офис. Теперь Веласкес была предоставлена себе и работе.

Спустя несколько часов половина организационных вопросов была решена, дело оставалось за малым – обзвонить декораторов и поставщиков, дабы снова все подтвердить. Порой ответственность Селии зашкаливала до приставки «гипер», и тогда девушка готова была перепроверять все хоть по сто раз. Но это уже сказывалось больше перенапряжение, нежели неуверенность.

Веласкес соорудила на мини-кухне для сотрудников компании сэндвич и, надкусив его на ходу, направилась к дивану, что стоял напротив больших панорамных окон, но на половине пути от неожиданности чуть было не выронила из рук что тарелку, что сэндвич.

– Senorita Веласкес! – крикнула Габриэла так, словно, по меньшей мере, на них летел метеорит.

Лучше бы это был метеорит.

Помощница, буквально искрящаяся от любопытства, в руках несла букет.

– Вам доставка.

Селия едва не подавилась, прикрыв тыльной стороной ладони рот, а когда усилием воли все-таки проглотила несчастный кусок, непонимающе уставилась на девушку.

– Уверена, что мне?

– Абсолютно. Курьер четко назвал ваше имя. А еще здесь открытка, но я не читала.

Веласкес сунула тарелку с недоеденным сэндвичем помощнице и, отряхнув руки, забрала неожиданный презент.

Кроваво-красные соцветия кустовых роз, обернутые крафтовой бумагой. Они завораживали и напоминали что-то, что заставляло сердце девушки биться быстрее.

Взгляд зацепился за открытку, прикрепленную к бортику упаковки миниатюрной декоративной прищепкой. Селия аккуратно сняла ее и раскрыла.

– Если не секрет... – словно через вакуум, слова Габриэлы звучали глухо, где-то на заднем фоне. – От кого такая красота?

Но Селия не ответила, перечитывая раз за разом выведенную черными чернилами волнующую фразу.

«До встречи».

Рубиновая жидкость плескалась на дне бокала, ножку которого придерживали с намеком на аристократичность тонкие женские пальцы. Их обладательница со скучающим видом покручивала изящным стеклом, удерживающим дорогостоящий «Клос Эрасмус», а когда ей в итоге надоела эта игра – залпом осушила винные остатки.

– Он должен знать свое место, – раздраженно цокнула Марино, подзывая официанта, дабы тот по новой налил напиток, что произошло незамедлительно.

– Не нервничай, Карла, – лениво ответил Конрадо, поджигая сигару. – Всему свое время.

Взгляд лисьих глаз, густо подведенных темными тенями, внимательно следил за тем, как первые клубы дыма показались в воздухе. Мужчина совершенно не выражал никакой озабоченности, словно из-под его контроля не вышла буквально выращенная с пеленок машина для убийств, знающая слишком много и способная на многое. К сожалению, Карла таким спокойствием не могла похвастаться.