Она была замурована, как в склепе. Странные бурые пятна возле двери и содранные обои могли указывать на то, что кто-то до нее уже пытался сбежать. Об этом же свидетельствовал высушенный бачок унитаза.

Мэнди отгоняла эти мысли. Она подошла к окну и осмотрела окрестности. Решила, что как только кого-нибудь заметит, немедленно разобьет стекло кухонным стулом и позовет на помощь. Но вокруг, насколько доставал глаз, не было ни души.

К полудню Мэнди снова была близка к истерике, поскольку поняла, что выхода нет. Все ее старания безнадежны. В доме не осталось ни квадратного сантиметра, который она не осмотрела бы, и абсурдно думать, что что-нибудь обнаружится в ближайшие несколько часов. Просто ничего такого нет.

«Думай, – уговаривала себя Мэнди. – Думай, голова. Ты была уверена, что умрешь от жажды, и нашла воду. Иногда жизнь подбрасывает сюрпризы».

Но с водой ей просто повезло, а везение не может быть бесконечным. Кроме того, она действительно все обыскала. Все доступные человеческому разумению варианты спасения продуманы, помощи ждать неоткуда.

– Я умру, – сказала она себе.

Это прозвучало на удивление спокойно. Как непреложный факт, не более того. Мэнди вслушивалась в эту фразу, прокручивала ее в голове. Может, она просто не верит, что такое произойдет, поэтому и получается так бесстрастно? Или она слишком слаба для эмоций? Ей хотелось плакать, но и это было невозможно – из-за обезвоженности организма.

Мэнди снова встала на стул и слизала несколько капель, но ощущения бодрости, как первые несколько раз, не было. В конце концов, что значат эти несколько капель? Немного намочила губы, язык, только и всего. Вчера ей таким образом удалось обмануть собственное тело и пробудить в нем последние силы. Сегодня это не работало.

Мэнди спустилась со стула, поковыляла в гостиную и закуталась в одеяло. Рука больше не источала запах, просто воняла. Не без усилий Мэнди удалось стянуть с себя куртку и свитер. После чего она сняла рубашку, подождала несколько минут, чтобы собраться с силами, и снова надела свитер и куртку. Все это время ее трясло от холода, несмотря на усиливающийся жар изнутри.

Мэнди намеревалась разорвать рубашку на полоски и перевязать обожженную руку и ободранные запястье и кисть, но быстро обнаружила, что для этого у нее недостаточно сил. Поэтому она, как смогла, просто обмотала рубашку вокруг руки. Получился толстый, небрежно завязанный валик. Скорее всего, это не поможет. Ничто больше ей не поможет.

Она свернулась под одеялом, поддавшись лихорадке, которая накатывала волнами, разгоняя тепло по телу. Мэнди почувствовала облегчение. Раны пульсировали в такт биению сердца, но боли почти не было.

Умереть – наверное, это не так страшно. Она уснет, соскользнет в темноту…

Мэнди улыбнулась.

В этот момент она услышала машину и села, потому что не спала ни секунды, несмотря на лихорадку и слабость. Не вообразила ли она себе этот звук? Нет, она услышала его снова. К дому подъехала машина, и Мэнди узнала этот мотор.

Это не случайный турист, который может ее спасти.

Мозг заработал с поразительной ясностью. Час или два назад – или это было не так давно, Мэнди давно потеряла чувство времени – она пыталась активировать иссякший было источник позитивного мышления. Убеждала себя, что возможности спасения могут возникнуть совершенно неожиданно или не так, как она могла планировать. Тем не менее это будут самые что ни на есть реальные возможности.

Минута-другая, и дверь откроется. Она больше не прикована к стене и может свободно передвигаться, а это значит, что на ее стороне фактор неожиданности.

Мэнди встала, почувствовав в теле прилив адреналина. Сложила одеяло на полу так, чтобы можно было подумать, будто она лежит под ним. Конечно, из него не торчит ее прикованная к стене рука. Но все равно одеяло даст несколько секунд форы. Большего не потребуется, если все пройдет как нужно.

Мэнди пошла на кухню. План возник только что и быстро созревал. До сих пор она прокручивала в голове множество вариантов спасения, но ни один не подходил в этой ситуации. Случилось непредвиденное, как и всегда в решающие моменты жизни.

Мэнди вытащила бутылку из ящика для стеклянной тары и разбила о раковину. Теперь она вооружена. Этим осколком можно перерезать горло человеку.

Она полна решимости больше, чем когда-либо в жизни. Потому что этот шанс единственный.

Мэнди затаилась, как хищник, подстерегающий добычу. Бесшумная. Невидимая. Готовая к прыжку.

Она услышала, как в замке поворачивается ключ.

Кейт припарковалась возле дома на Виктория-роуд, достала телефон и позвонила Дэвиду. Тот не ответил, и она оставила голосовое сообщение:

Это я, Кейт. Сейчас почти два часа, и я опять в Скарборо, приехала для очередной беседы. Потом вернусь домой, заберу Месси, и мы приедем к тебе. Не возражаешь?

Она слушала свой голос. Особенно волшебные слова «приедем к тебе».

Кейт улыбнулась, подняла голову, мельком взглянула в зеркало заднего вида. Глаза как будто стали больше и сияли. Кейт никогда не была красавицей, но этот внутренний блеск делал ее черты более мягкими, расслабленными и живыми. Исчезло выражение отрешенности, заставлявшее людей держаться от нее на расстоянии. Взгляд стал теплым и открытым.