– Да, думаю, так оно и есть, - пробормотал Риптон.
– Он всегда был сторонником глянца.

Это замечание заставило Аманду нахмуриться.

– Вам это банкиры сказали?

Ей это показалось странной деталью.

Он сделал большой глоток вина и вздрогнул.

– Боже мой. Оно достаточно густое, чтобы его можно было жевать. Я думал, итальянцы разбираются в винограде.

Заметив, что он уклоняется от ответа, она пристально посмотрела на него. Теперь, когда она не чувствовала себя постоянно настороже из-за его обвинений, до нее дошло, что здесь что-то не сходится.

– Я думала, вы раньше бывали на Мальте. Разве вы тогда не пробовали вино?

– У меня не было времени осматривать достопримечательности.

Он говорил с явной неохотой, как будто это заявление было своего рода признанием.

Она осторожно спросила:

– Вы торопились?

Его взгляд упал на стакан, который он медленно вертел в руках.

– Да, это было срочное дело. И я плохо себя чувствовал, поэтому меня больше интересовал сон, чем осмотр достопримечательностей.

Эта мысль поразила ее. Он казался таким жизнерадостным, что трудно было представить его больным.

– Надеюсь, ничего серьезного.

– Всего лишь переутомление.

– Я думала, вы виконт, - цинично заметила она.
– Лорды ведь наверняка не работают до изнеможения.

Он одарил ее мимолетной улыбкой.

– Это правда, управление поместьями не обременяет организм. Но у меня очень большая и очень беспокойная семья. Управление ими может вымотать любого.

Позади них кто-то грохнул стулом об пол и зарычал. Она оглянулась через плечо. Похоже, подобные жесты были характерны для местной культуры, поскольку никто за столом этого мужчины не выглядел удивленным его горячностью. С улыбкой он снова сел на свое место и взял свои карты.

Она повернулась.

– В чем была причина такой спешки?

Он приподнял бровь.

– В чем причина вашего любопытства?

Ах да, а вот и его плохое настроение.

– Я веду вежливую беседу, чтобы скоротать время. Мы могли бы вместо этого поговорить о вашей семье, если хотите.

– Давайте не будем, - пробормотал он.

Она почувствовала раздражение.

– Знаете, вам очень повезло, что у вас есть семья. Не всем из нас так повезло.

– А.
– Он внимательно посмотрел на нее.
– Сирота?

Ей не нравилось это слово. Оно наводило на мысль о жизни, лишенной любви, в то время как у нее самой до недавнего времени все было наоборот.

– Мои родители умерли три года назад.

– У вас нет братьев и сестер?

Она покачала головой.

– Мне жаль.
– сказал он через мгновение.
– Мои родители умерли, когда я был совсем маленьким. Но моя тетя и двоюродные братья никогда не давали мне почувствовать их отсутствие. Несмотря на то, что они сводят меня с ума, я благодарен каждому из них. Большую часть времени, - добавил он вполголоса.

– Значит, они так сильно беспокоят вас?

Ей нравились истории о семейных перепалках. В детстве ее переполняла зависть, когда ее друзья рассказывали о ссорах с братьями и сестрами, драках из-за кукол и пирожных.

Он заколебался.

– Ну, один из них недавно сбежал. Двоюродный брат. Я искал его, когда наткнулся на это... дело о самозванце.

– О!

Какой ужас!

– Пропал?

– Да. Его мать - моя тетя - с ума сходит от беспокойства.

– И вы нашли его?

Он покачал головой и выглядел таким встревоженным, что она не удержалась и положила ладонь поверх его руки, лежавшей на столе. Эта новость выставила его настойчивое желание найти самозванца в новом и гораздо более благожелательном свете.

– Но тогда почему вы ищете самозванца? Разве вам не следует заняться поиском кузена?

Его взгляд упал на ее пальцы, лежащие поверх его пальцев.

– Он каким-то образом заполучил мои аккредитивы. Поэтому финансирование поисков стало затруднительным.

– Ой! Негодяй!

В ужасе она отдернула руку.

– Но, наверняка, другие тоже ищут его! Я имею в виду вашего кузена. Возможно, они уже нашли его, а вы просто еще не узнали об этом...

– Нет- , - сказал он.
– То есть, у него талант попадать в... передряги. Его мать хотела, чтобы эту информацию держали в секрете, чтобы не начались новые сплетни.

– Тогда кто-нибудь еще из семьи должен его поискать!

Он рассмеялся.

– Боже, помоги мне. Нужно знать мою семью, чтобы понять, насколько абсурдна эта идея. Если отпустить одного из них в Турцию, он случайно окажется в Китае. Нет, если кому-то надо это сделать, то пусть этим человеком буду я, иначе у меня просто добавится проблем.