— Уберите от меня руки! — требую я, мои ноги волочатся по плюшевому ковру, пока меня гонят наверх, как скот. — Прекратите это безумие!

— В каком виде? — слова вырываются из уст, смятение и злость захлестывают меня, когда я снова обращаю внимание на Ксению. Я требую ответа, пока мы поднимаемся по парадной лестнице. — Ответь мне! Для кого?

— Для Пахана, — непринужденно говорит она, перебирая платья с блондинкой рядом. — Сегодня ты встретишься с нашим отцом.

Слово «отец» эхом отдается в моей голове, смешиваясь со зловещим названием — Пахан.

То есть… босс боссов.

Мой разум мечется, пытаясь собрать воедино эту новую, пугающую реальность.

Да, я прочитала достаточно мафиозных романов, чтобы узнать значение этих слов. Не знала, что это познавательно! — думаю, закатывая глаза.

И фантастика. Сколько же чертовых гопников мне предстоит встретить сегодня?

— Свадьба через три дня, — холодно объявляет Ксения, и это заявление заставляет мое сердце пуститься в свободное падение. — И тебе предстоит многому научиться.

— Так, кто-то должен сказать мне, что здесь происходит. Пожалуйста, — мольба отчаянна, ситуация выходит из-под контроля. — Я не думала, что свадьба состоится так скоро!

Черт! Как я здесь оказалась?

Ксения подходит, от нее пахнет властью.

Она приближается ко мне слишком близко, я вздрагиваю.

— Ты никому не расскажешь о договоре, который у тебя с Виктором, — шипит она, приближаясь к моему лицу. — Ни единой душе, ты поняла?

Мои глаза широко раскрываются, и на секунду я не могу подобрать слов. Поджимаю губы, пытаясь понять, что она говорит.

— Да, мэм, — вырывается у меня.

Отступив назад, Ксения молча наблюдает за мной, прежде чем снова заговорить: — Я передумала. Не знаю, что мой брат в тебе нашел. Только постарайся не умереть до окончания брачного договора.

Глава 24

Лаура

Меня вталкивают в ванную, дверь с грохотом захлопывается.

Прощальная фраза Ксении эхом отдается в моей голове.

— Не знаю, что мой брат в тебе нашел. Только постарайся не умереть до окончания брачного договора.

Прислонившись к двери, я тихо смеюсь.

— Поверь, Ксения, это чувство взаимно. Я тоже не представляю, что твой брат нашел во мне. А умирать сегодня не входило в список моих дел, — вырывается фырканье, когда думаю об их родственной связи. — Отлично, значит, она сестра Виктора. Логично. Они оба до безобразия красивы и обладают одинаково добрым, обаятельным характером.

Вау.

Реальность моего положения обрушивается на меня как ведро ледяной воды. Похищена, разведена, а теперь еще и помолвлена с мафиози — и все это в течение одного дня?

Я откидываю волосы с лица, пальцы слегка дрожат.

Фу. Мои волосы — это спутанные заросли, пропитанные вчерашним страхом и суматохой. У меня не было возможности вымыть остатки вчерашнего хаоса с тех пор, как я проснулась в комнате Елизаветы.

Внезапно вспомнила, что слышала голос Дэвида — нет, Дэйва, как бы его ни звали, — по телефону перед тем, как меня похитили в моем собственном доме.

Неужели он все это время наблюдал за мной?

Отвращение окутывает меня, как вторая кожа. Это уже слишком.

Вытеснив эту жуткую мысль на задворки сознания, я делаю глубокий, спокойный вдох. Наконец мой взгляд поднимается и снова окидывает роскошь ванной комнаты.

Святая корова.

Здесь все шикарно, гораздо шикарнее, чем в любом другом месте, где я когда-нибудь была. Повсюду белый мрамор, выглядящий дорого и холодно. Под окном стоит огромная ванна, которая, скорее всего, стоит больше, чем я зарабатываю за месяц.

Здесь есть раковина, которая слишком красива, чтобы выплевывать в нее зубную пасту, куча мыла и всякой всячины, которая, вероятно, пахнет деньгами.

Два плюшевых белых халата висят на крючке у двери — большая стеклянная штука с насадками для душа, которых больше, чем у меня пальцев. Похоже, они могли бы смыть грязь с динозавра.

Иисус.

По крайней мере, я одна впервые за то время, что мне кажется вечностью.

Прижимаю ухо к двери, напрягаясь в поисках любого звука, издаваемого горничными.

Меня встречает тишина. Но я знаю, что они совсем рядом.

Ждут.

Продумывают свой следующий ход в постановке: — сделай Лауру презентабельной, — заказанной Ксенией. От этой мысли хочется запереть дверь и спрятаться в ванной.