Кстати, имя Командора тоже нужно будет выяснить. Лавр. Что за лавр?

– Кто я такой, чтобы раздавать советы? – усмехнулся Гальяно и тут же продолжил: – Но тебе не кажется, что за Стешей нужен особый присмотр? Хотя бы на первое время, пока все не утрясется.

– Кажется. Наблюдательный пункт уже строится, если ты до сих пор не заметил.

– Так это все ради неё?! – Гальяно умильно хлопнул в ладоши, и придремавший было кот раздраженно заворчал.

– Это все ради её безопасности.

От дороги Стэф не отвлекался, на друга не смотрел. Да и что смотреть, если и без того понятно, что увидишь на его нахальной физиономии? Все они, вся их «болотная» компания, не то чтобы осуждала Стэфа за бездействие, но недоумевала по этому поводу. И ведь не станешь им объяснять, что ему никогда не стать «тем Степой»! Да и стоит ли что-то объяснять? Но сейчас речь идет не о предпочтениях Стеши и не о сложностях в коммуникации, сейчас речь и в самом деле идет о безопасности. И плевать ему на то, что он «не тот Стёпа». Уж какой есть.

– Но я так и не понял, как он там выжил? – продолжил Гальяно. – Там с моими-то экстраординарными способностями хрен выберешься, а он кто? Какой-то прораб?! Ну хорошо, какой-то черный копатель! Что-то не договаривает ваш Командор.

– Что-то не договаривает, – задумчиво повторил Стэф.

– А как насчет сегодняшнего вечера? – спросил Гальяно. – Ты же не передумал? Имей в виду, Аграфена обидится. Ты и так пропустил её прошлую выставку.

– Я купил две её картины, – сказал Стэф, косясь на спящего Братана.

– Любовь за деньги не купишь! Девочкам не важны твои бабки, им важно твое внимание!

– Каким девочкам?

– Нашим девочкам. Болотным девочкам, если хочешь конкретики. Аграфене, Веронике, Стеше. Кстати! – Гальяно сунулся вперед, завис у Стэфа над ухом и над душой, сказал громким шепотом: – Стеша там тоже будет. Прекрасная возможность за ней присмотреть. И присмотреться, – добавил он после многозначительной паузы.

Стэф ничего не ответил. Думал он сейчас не о предстоящей выставке и даже не о Стеше, он думал о том случайны ли неслучайности.

– Она очень способная. – Гальяно не умел долго молчать.

– Аграфена?

– Стеша! Видел бы ты, как лихо она водит машину! Словно и не провела в консервации восемьдесят годков.

Стэф посмотрел на друга с неодобрением, не нравились ему эти шуточки про реальный Стешин возраст.

– Я поначалу за неё переживал, но Вероника сказала, чтоб не переживал, что на дороге ей ничего не угрожает…

– А где угрожает? – тут же спросил Стэф.

– Да нигде не угрожает, наверное. – Гальяно взъерошил волосы, а потом спросил: – Или все-таки угрожает? Что происходит, Туча?

Иногда он умел задавать серьезные вопросы серьезным тоном. Вот прямо сейчас Гальяно был очень серьезен.

– Я не знаю, – сказал Стэф так же серьезно. – Я пока не понимаю, что происходит.

– А Вероника понимает?

Все проблемы в их душевной компании делились на три категории. Первые можно было решить за деньги. Вторые можно было решить сообща. Третьи могла решить Вероника.

– Когда речь касается Мари, у неё сбивается радар. Не всегда, но бывает.

– Типа, слишком много магических помех? Понимаю! – Гальяно откинулся на спинку сидения, закинул руки за голову, сказал с легкомысленной ухмылкой: – Знаешь, вот я иногда завидую, а иногда сочувствую Веселову! С одной стороны, жена со сверхспособностями – это очень классно, а с другой, от неё ж ничего не скроешь! Хорошо, что моя Мерилин самая обыкновенная женщина, хоть и необыкновенная!

Стэф глянул в зеркальце заднего вида, поймал мечтательную улыбку Гальяно. А ведь так и не скажешь, что этот совершенно легкомысленный на первый взгляд тип обожает свою жену и души не чает в сыне.

– Как они? – спросил Стэф, переводя взгляд на дорогу.

– Хорошо! Ленка на симпозиуме по нейрофизиологии в Женеве. Гальяныч на даче у тещи. Через две недели общий семейный сбор, поэтому нам нужно как-то управиться за это время.

– С чем управиться?

– Со всеми вашими дурными предчувствиями и всем остальным! – сказал Гальяно туманно. – Так что ты это… не тяни.

Они с Братаном высадили Гальяно на стоянке, понаблюдали, как он пересел из их чумазого внедорожника в свой пижонский кабриолет, и лишь потом поднялись в пентхаус.

Оказавшись дома, Братан первым делом направился на кухню. Аппетит у него был просто зверский! Пока кот разбирался с утиным паштетом, Стэф размышлял над тем, стоит ли показывать его ветеринару. По всему выходило, что кот в медицинском наблюдении больше не нуждался. Плавал, аки выдра, ел за семерых, ещё и ввязывался в разборки с теми, кого считал обидчиками своего нового хозяина. У Стэфа даже появилась слабая надежда, что когда-нибудь у Братана отрастет нормальная шерсть и он станет походить на обычного кота, а не на выбравшегося из преисподней черта. Впрочем, даже в таком виде кот нравился ему все больше и больше. Наверное, это было начало настоящей мужской дружбы.