Шрифт:
– Не трону. Если будешь тихой и послушной.
– Я буду тихой и послушной.
Усмешку на его лице я тоже вижу. Не верит, и правильно делает.
Не знаю, как быстро мы приезжаем. Несколько раз проваливаясь в сон, я теряюсь во времени. Окончательно просыпаюсь и сажусь, когда джип останавливается у самого входа в дом.
Несмотря на то, что ещё несколько часов назад я была уверена, что не вернусь сюда больше никогда, испытываю ни с чем не сравнимое облегчение.
Так хочется в горячий душ и спать!
Литовский выходит, я тоже двигаюсь к двери и, открыв её, вываливаюсь прямо на него.
– Я сама!
Подхватив на руки, он несет меня в дом. Я держусь за его шею и разглядываю волоски в его щетине. Она колючая - я помню.
Без усилий поднявшись со мной на второй этаж, он сворачивает направо, в сторону своей комнаты.
– Эй! Эй, мы куда?...
Толкает дверь ногой и вносит меня внутрь.
– Я пошутила! Я не буду сосать!...
– восклицаю со смехом, - У тебя и кота нет!
– Теперь ты живешь здесь, - припечатывает он, - Завтра перенесешь свои вещи.
Глава 21
Ярослава
Когда я выхожу из ванной, Литовского в комнате не оказывается. Зато на кровати лежит аккуратно сложенная его чистая майка.
Хм.... Для меня? Такая проблема сходить в мою комнату за сорочкой?
Ладно, спорить не буду. Достаточно на сегодня треша.
Выглянув из комнаты и удостоверившись, что в коридоре никого, скидываю полотенце, натягиваю майку на сырое тело и ныряю под одеяло.
Трясёт.
От исходящей от белья прохлады и абсурдности происходящего. Знала бы, чем обернётся для меня этот прием, даже словом о нем не обмолвилась бы.
Или нет?
Или да?...
Ох, не знаю! Я не собираюсь забывать, с кем имею дело и кто убил Марата. Они враги моей семьи и не скрывают этого.
Но Адам, несмотря на все слухи о нём, не вызывает внутреннего отторжения. Наверное, я не достойна носить фамилию Турчатова, если не чувствую этого?
Натянув одеяло до ушей и уткнувшись лицом в подушку, сразу идентифицирую его запах. Он проникает внутрь меня и быстро разносит по телу электрические импульсы. Это что-то на уровне физиологии, я знаю.
Как там у оборотней бывает? По запаху пару выбирают?
Услышав, как открывается дверь, и в комнату тихо входят, закрываю глаза и притворяюсь спящей.
Это Литовский. Его невозможно не узнать.
Слышу его шаги, шелест одежды, как он идет в ванную и принимает душ. Все это время я не шевелюсь и честно пытаюсь уснуть.
Потом он выходит и ложится рядом. Мое дыхание тяжелеет, потому что я чувствую, как смотрит на меня. Веки начинают дрожать, я не выдерживаю, открываю глаза и напарываюсь на пристальный взгляд.
– Что?...
– Куда ты собиралась бежать?
– В Европу. Подальше отсюда.
– Ты дура?
– уточняет хрипло.
– Нет. Я правда не хочу иметь к вашим войнам никакого отношения.
– Ты об этом с отцом говорила?
– Не об этом. Отец не в курсе, он ничего не знал.
Почесав подбородок, Адам глубоко вздыхает.
Огромный хищник - смертельно опасный для врагов и непререкаемый авторитет для своих - такая ассоциация рождается в голове, когда смотрю на него.
– Ты думаешь, я не нашел бы тебя в Европе, если захотел, Яра?...
Теперь понимаю, что нашел бы. Наш с Леней план побега для Литовского не более, чем детские шалости, игра в прятки.
Становится жутко стыдно. Отец сказал бы, что я его позорю, если бы узнал.
– Я должна была попытаться.
– Попыталась?... Понравилось?
– спрашивает, очевидно имея в виду последствия.
Демонстративно скривившись, я отворачиваюсь к нему спиной и слышу тихий смех.
Я не поняла, ясно! Не поняла, понравилось мне или нет!... Всё было слишком неожиданно и остро. Я заблудилась в ощущениях - они были слишком противоречивыми.
Может быть, со второго раза разберусь?...
Когда примерно через пятнадцать минут я поворачиваюсь на другой бок, Литовский уже спит. Закинув руку за голову, ровно, глубоко дышит.
Я как по волшебству тоже начинаю отключаться. Держась за сознание из последних сил, рассматриваю его во мраке и, зависнув на густых, загнутых вверх ресницах, вырубаюсь.
Глаза распахиваю, когда чувствую прикосновение к бедру и понимаю, что это не сон. Пробуждение выходит стремительным. Вздрогнув, разворачиваюсь и лягаю Адама коленом, которое он ловко перехватывает.