Под конец исповеди она расплакалась, затем разозлилась, а потом уснула в кресле, куда её и усадили для допроса.

Я тихо прикрыл за собой дверь и вышел в поисках графа.

Тот нашелся в столовой, пребывая в глубокой задумчивости. На шум поднял голову и взглянул на меня с надеждой:

— Что делать-то?

Доброй души всё же человек. Расстроился, что ребенок попался. Вроде и наказать нужно, а не хочется. Глупость же — подсолнухи.

— Учиться её отправьте, ваше сиятельство, — серьёзно ответил я.

Ладно, обманщица её знатно провела. Сыграла на неприкрытом интересе. Но девчонка использовала дурман-траву, чтобы отвлечь сторожа. Сложная работа. И бесспорный талант, который необходимо развивать и по-человечески. Основываясь не на байках, а на науке.

Такая неистовая жажда знаний просто обязана получить возможность.

Да взять хотя бы этот детский грабеж! Ведь не изловить было, несмотря на всю её наивность и неопытность. Талант.

— Учиться? — удивился граф, но на его лице появилось облегчение.

Я прикинул — возраст юный для академии, но с таким потенциалом есть шанс быть принятой. Кому как не подобным одаренным там учиться?

— Есть у меня способ это устроить… — улыбнулся я.

В конце концов, воспользуюсь служебным положением. Во благо будущего, между прочим. Дерзкая девчушка может далеко пойти, приложи к этому хорошие знания. Не место ей в деревне среди пастухов и сплетниц-старушек.

Я в общих чертах обрисовал свои мысли и перспективу.

И Зотов живо заинтересовался, к моей радости. Выразил готовность оплатить все расходы и задействовать связи.

Судьба юной воришки решилась глубокой ночью, к нашему обоюдному удовольствию.

И было в этом что-то такое правильное, отчего внутри стало тепло. Не зря вся эта охота случилась. Ладно мне, потратить полночи. Но и граф махнул рукой на всю дорогостоящую подготовку. Он был доволен исходом.

Но кое-что его беспокоило.

— Без наказания никак, граф, — расстроенно покачал головой Зотов. — Это же, как ни крути, преступление.

— Ну так и обставьте учебу как наказание, — улыбнулся я.

— Но она же сама того хочет, если я вас правильно понял, — недоуменно ответил он.

— Она умная девочка, если грамотно преподнести, сама всё поймет. И подыграет. Изобразите строгость. Ей богу, граф, она маленькая, но всё же женщина!

Зотов с подозрением прищурился, но в итоге расхохотался. Погладил себя по руке и усмехнулся:

— А костюмы отличные.

— Соглашусь, прекрасные.

— А забирайте себе! — благосклонно произнес Зотов. — Отчего-то мне кажется, что вам точно пригодится.

Отказываться я не стал, занятная вещица. Хотя бы для будущего исследования Великой пустыни может пригодится. В этой спецодежде было не холодно, но и не жарко. Костюм подстраивался под внешние условия.

— Благодарю, — кивнул я.

Разошлись мы ещё нескоро. Обсуждали воспитание и образование. Граф вроде хотел мне сказать что-то больше, чем общие размышления на эти темы, но не решался. Про свою дочь не проронил ни слова. Бросал какие-то двусмысленные фразы, но не более того.

Какая-то боль сидела глубоко внутри этого переменчивого мужчины. И делиться ею он не собирался. Не по причине того, что не хотел или не доверял мне. Не привык.

С запалом рассказывая об охоте, псах и лошадях, граф мгновенно замыкался, когда тема касалась семьи. Разительное преображение всегда происходило, пусть и на мгновения. Тайна рода могла быть и не страшной, но для графа это было болезненно.

В какой-то миг мне показалось, что в его эмоциях было желание уберечь меня.

Спать мы отправились перед рассветом. Напились чаю и съели все пироги, в том числе и привезенные мной.

Перед тем, как лечь в постель, я полюбовался из окна на поле подсолнухов, теперь пребывавшее в безопасности. В центре виднелась заметная просека. Солнцерадостные, как их называли когда-то, всё же в итоге принесли ещё немного теплого в этот мир. Волшебные растения всё таки.

Кафедры травничества не существовало. У природников был факультатив по этому предмету. Он не являлся обязательным и считался чем-то из разряда развлечения. Конечно, к чему лишняя трата времени на продолжительную подготовку, когда можно просто использовать дар.

Но я думал, что появление Ирины в академии было способно изменить ситуацию.

Кто знает, возможно и отдельная кафедра появится когда-нибудь. Под её руководством.

Подсолнухи и одна шарлатанка, ну надо же. Я уже поостыл в отношении этой женщины, хотя желание найти её и побеседовать не угасло. Но благодаря ей обнаружился такой уникум. Вот ведь, так всегда — смотря как посмотреть. Стечение не самых лучших обстоятельств, таких как обман и воровство, привело к тому, что одна девчонка получит таки шанс на лучшую жизнь.