– Не утерпели, они их прямо так слопали, почти сырыми, – с виноватым видом проговорила Ляля. – Теперь гуси по всему лесу прячутся от этих зубастиков. Распугали всё стадо.

– Я же говорила, что это опасно! – обернулась я к детям.

Те на время перестали отплёвываться и состроили самые невинные выражения на зубастых мордочках. И я бы поверила детёнышам, если бы своими глазами не видела результаты их весёлой охоты.

В тишине особенно громко прозвучали странные звуки. С такими обычно коты шерсть отрыгивают. Как оказалось, кошки и дракошки в этом смысле мало отличаются. Золотистый малыш, до этого сидевший в стороне и изображавший послушного ребёнка, с интересом посмотрел на то, что вышло из его рта. Несколько белых перьев и даже пучок травы, скрутившиеся в комок, вызвали у нас с эльфийками одинаковую реакцию:

– Ой, фууу!

Золотистый тут же попытался зарыть бяку, но плюхнулся на толстую попу и жалобно заныл, но попытался доковылять до брошенных мною гусынь… Вернее, до одной тушки, вторую он и схомячил под шумок, от жадности даже вместе с травой, на которой та лежала. А теперь собирался и вторую утащить.

Мы отобрали у золотистого дракончика птицу, выпотрошили, подсолили и обмазали её глиной, а потом сунули в костёр. Дети с любопытством наблюдали за нашими манипуляциями. А когда спустя пару часов расколотили затвердевшую горячую глину и добрались до сочного мяса, эти попрошайки добились своего. Пришлось делиться с ними, пусть хоть нормально приготовленную еду попробуют, без перьев и других гадостей. Осоловевшие от количества съеденного, дракончики жалобно постанывали.

В общем, ночь у меня получилась далёкая от романтики и мыслей о принце. Мы утешали малышей, гладили их по круглым животикам, носили на руках к ручейку, чтобы напоить объевшихся гусятиной детей. К утру все угомонились и мирно спали у тёплого камня.

Я уже решила, что самое страшное позади, как обнаружилась новая проблема.

– Не нытьём, так каканьем? – бурчала я, припоминая истории про наевшихся мишуры котов.

Моя разноцветная четвёрка, присевшая вокруг небольшого кустика с почти облетевшей листвой, жалобно кряхтела и постанывала. Причина обнаружилась очень быстро: под хвостом у красного торчало что-то странное, при ближайшем рассмотрении оказавшееся гусиными перьями. Похоже, отрыгнуть удалось не всё, часть пошла естественным путём.

– А я вам говорила, что сырое есть нельзя!

Дети на несколько секунд замолкли, а потом снова заныли на разные голоса.

– Ой, да что ж вы не уследили за младенчиками! И кто ж вы после этого? Как есть – дурынды! – появившаяся из-за деревьев Хеля поставила корзинку с пирожками и всплеснула руками.

Дальше мы под руководством более опытной женщины пытались помочь стонущим малышам. Те пытались отбрыкиваться, но в итоге освободились от последствий вчерашнего обжорства.

– Там на опушке леса несколько барашков, пригоните сюда. Только следите, чтобы эти чудовища не пытались их целиком съесть, – скомандовала эльфийкам Хеля. – Рога и копыта хуже каких-то пёрышков.

Испуганные дракончики прижались к моим ногам, чуть не уронив. За сутки эти детишки выросли почти вдвое, и если и напоминали котиков, то размером с породистого мейн-куна, не меньше.

– Тут для эльфиек овощи и фрукты под пирожками, – деловито расстилала клетчатую скатерть Хеля. – Вчера я их у себя покормила, а сегодня вам лучше не высовываться.

– Почему? Опять драконы летают? – спросила я, откусывая пирожок под внимательными взглядами малышей, пришлось и им выдать по одному.

– Эх, если б просто летали! – недовольно буркнула женщина. – По деревне ходят, расспрашивают, обещают вознаграждение за тебя и детей.

– Надеюсь, они уточнили, что за живых и невредимых? – уточнила я. – А то как понабегут охотники с… Кстати, а ружья тут есть? Хотя какая разница? Стрелой тоже убить можно.

– Ох! Точно! И вот как тебя угораздило? Сама глупая, так хоть отцов для деток надо было поумнее подыскать. Теперь понятно, в кого они такие уродились.

Дракончики зашипели, пыхая огнём и дымом.

– А ну цыц! – грозно прикрикнула Хеля и все уселись на попы.

Даже я. И несколько барашков, успевших выйти на бережок, тоже присели на всякий случай, сбившись в кучку.

– Ишь, только вылупились, а уже зубы скалят! А тапочкой по попе?

Детишки попытались спрятаться от страшной угрозы под моим подолом, а один особо впечатлительный барашек закатил глаза и попытался прикинуться мёртвым. И тут я поняла, что с питанием дракончиков будут большие проблемы.

– И кто будет их резать? – Кивнула я на овечек. – Я не умею, Рада с Лялей тем более.

– Проблема, – нахмурилась Хеля. – Я как-то тоже не по этому делу… Мужика вам тут не хватает. А может, выйдешь к отцам?

Если честно, у меня уже мелькала такая мысль, но сдаваться так быстро я не собиралась. Зачем тогда вообще убегала.

– Ну ладно, я вам еду привела, дальше сами разбирайтесь, – заторопилась Хеля. – У меня там тесто подходит, некогда мне тут с вами.

– А нож? – крикнула ей вслед.

– Завтра принесу, – донеслось издалека. – И древо просит на опушку выходить, не лить кровь вблизи от него.

Ну да, не зря же оно в своё время выставило сперва оборотней, а потом и эльфов. Того и гляди, нам тоже придётся убираться. С другой стороны, если будем по одному барашку в день уводить из леса, а потом приносить уже разделанное мясо, то оставшиеся животные с ума не сойдут, глядя на убийство сородича.