Что-то уязвимое.

— Заставь меня, — бросаю я вызов, не сводя с нее взгляда.

Я так близко к ней, что чувствую, как тепло ее дрожащего дыхания щекочет мне нос.

Напряжение ощутимо, почти как треск энергии, наэлектризовавшей воздух вокруг нас. Ее глаза опускаются к моим губам, и я в предвкушении наблюдаю, как она пытается скрыть вожделение в своем выражении.

Она хочет, чтобы я поцеловал ее.

И я почти делаю это, но стук в дверь разрывает связь, и она мгновенно отпрыгивает назад, ударяясь спиной о стену позади себя, запаниковавшие глаза поднимаются к моим. Я удерживаю взгляд, стараясь скрыть свое разочарование и одновременно пытаясь осознать, что этот момент безвозвратно изменил все между нами.

Ее бешеная реакция подтверждает, что, как бы ей ни хотелось притворяться, что она меня ненавидит, на самом деле она все еще что-то чувствует ко мне.

Что это — искренняя привязанность или просто физическое влечение, я не знаю, но знаю, что, независимо от этого, у меня есть шанс все исправить в наших отношениях.

Это тот поворотный момент, которого я так долго ждал.

С глубоким покорным вздохом перекидываю ноги через край кровати и направляюсь к двери.

Замечаю сотрудника отеля, который толкает тележку с завтраком и держит в руке дополнительную карточку-ключ Малии.

Малия проносится мимо меня, торопливо выхватывает у него ключ-карту и выбегает в коридор.

— Я позавтракаю в своей комнате, — быстро говорит она, едва скрывая, что ей срочно нужно убраться подальше от меня.

Не дожидаясь ответа и не удостоив меня еще одним взглядом, она убегает в свою комнату. Я замечаю, что на ней все еще моя футболка больших размеров, и оглядываюсь назад в комнату, чтобы заметить наряд, который она надевала накануне вечером, аккуратно сложенный на стуле.

Обернувшись к сотруднику, вежливо улыбаюсь ему, затем беру поднос с едой и закрываю за собой дверь. Мягкий щелчок защелки раздается в тихой комнате, но я все еще чувствую, как внутри меня нарастает напряжение.

Ставлю поднос на край кровати и поднимаю крышку, открывая тарелку с яйцами, сосисками и беконом, наполненную белками. Аромат еды ничуть не заглушает запах Малии в моей комнате, напоминая о том, что она была здесь всего несколько минут назад.

Я опускаюсь на кровать и пытаюсь сосредоточиться на еде, зная, что мне понадобится каждая унция энергии, чтобы пройти через сегодняшние соревнования по серфингу, и мой желудок урчит в предвкушении.

Но мои мысли заняты не едой, а Малией и воспоминаниями о нашем предыдущем моменте — интенсивной, электрической связи, которая все еще гудит под моей кожей.

Я все еще чувствую тепло ее тела, это вызывает дрожь в моем позвоночнике.

С разочарованным вздохом я откладываю поднос в сторону, полностью отказавшись от идеи позавтракать. Поднявшись с кровати, направляюсь в ванную в надежде, что холодный душ охладит и мое тело, и мои мысли.

Я раздеваюсь до гола и вхожу в холодную воду, позволяя ей обрушиться на меня каскадом, но это мало помогает унять жар, бушующий под моей кожей.

Воспоминания о ней неумолимы, мучительны, и, когда мой пульс учащается, я понимаю, что в этот момент есть только один способ найти облегчение.

Позволяю прохладной воде смешаться с теплом, которое она оставила после себя, и обхватываю шершавой рукой свой твердый член. Моя рука, скользкая от воды, движется сама по себе, я начинаю медленно накачивать ее.

Закрыв глаза, мысленно повторяю изгиб ее идеальных губ, ощущение нежной кожи на моей и то, как сбилось ее дыхание, когда наши глаза встретились.

Представляю, как она снова здесь, со мной, ее руки сменяют мои, а тело прижимается ко мне так, что меня пронзает желание. С ворчанием я наклоняюсь вперед, мои мокрые волосы водопадом падают на меня, свободной рукой я упираюсь в стену.

С каждой секундой, с каждым мельканием воспоминаний я все быстрее накачиваю свой член, напряжение нарастает, наматываясь все туже.

Маленькие вздохи и стоны, которые она издавала, когда мы трахались, проносятся в моем сознании по бесконечной петле. Я не могу остановить себя, представляя, как ее влажное тело снова прильнет к моему, или как ее руки будут скользить по моей скользкой коже, или как будет звучать ее ангельский голос, когда она будет шептать мое имя.

Давление внутри меня достигает предела, мои задыхающиеся стоны превращаются в глубокий рык. Мышцы напрягаются, и, сделав последний толчок, я кончаю на стену душевой кабины, напряжение наконец-то спадает.

На мгновение мир затихает, слышен лишь равномерный стук воды о кафель, мое учащенное дыхание и стук сердцебиения в ушах. Даже сейчас, когда жара спала, мысль о Малии все еще не покидает меня, даже сильнее, чем раньше. Это не то, что можно смыть.

Ополоснув стенки душа, я со вздохом выключаю воду, беру полотенце и вытираюсь, решив вернуться к завтраку и подготовке к сегодняшним соревнованиям.

Я знаю, что такой момент, как сегодня, обязательно повторится с Малией, и когда это произойдет, я не смогу игнорировать свои порывы.