— Сообщили, что здесь благотворительная акция для меня. Раздают пончики. — Серьёзное выражение лица Эдди моментально сменилось на шальное, даже смешное. Ручки мгновенно прошерстить ещё не до конца заполненные полки, на что Колтер смотрел с непередаваемым восторгом.

«Почему-то так славно начинается утро, — думала Лея, — как же надеюсь, что мое состояние не изменится».

— Рассказывай, что там говорят обо мне. — Откладывать разговор было не в стиле Леи, но по тревожному выражению лица Эдди уже можно было сказать многое.

— Золотая моя, мало ли что говорят языки за спиной… — откусывая кусок, он даже не стал пытаться пережёвывать. — Йа эе наю.

— Что?

— Я… — отпивая глоток воды, Эдди понимал, что деваться ему особо некуда. — Ну… Якобы ты заработала свой такой рост не за свои заслуги.

— Кто?

Внушительная фигура не осталась незамеченной. Джексон стоял сбоку, поэтому его никто даже не мог увидеть заранее, но из-за хорошей слышимости полупустого кафе отчеканенные фразы были даны на блюде. Чёрные брови были нахмурены, нет ни грамма улыбки, а руки сомкнуты на груди.

— Мистер Питчер, д-доброе утро, — быстрее, доедая свой пончик, он попытался выбежать, но закрытые ворота из-за раннего времени остановили его. Он забыл, что есть только один выход — там, где непосредственно стоял его босс.

— Даю тебе два варианта развития наших рабочих отношений, — не скрывая злобы, он прошёл дальше, из-за чего свет упал на лицо, подсвечивая для Леи синяки под глазами, грубые черты лица и яркие карие глаза, — либо ты прямо сейчас мне называешь фамилию, либо собираешь свои вещи и находишь новую работу.

— Я не думаю, что…

— Лея, — строго посмотрел на нее, — не вмешивайся.

— Вы вмешались в наш разговор. Личный.

— Лея, — повторил он, — как бы ты поступила, если бы была на месте босса? Позволила бы говорить такое про сотрудников? Несмотря на то что ты не заслужила подобного, я не потерпел бы этого, даже если бы и таким способом ты открыла проход на карьерную лестницу. Мне не нужны грязные языки. Пусть оставляют их дома. Так что еще раз повторяю, — теперь он стоял совсем близко. Лея даже смогла почувствовать аромат, но даже описать было бы сложно: какая-то грязь, но точно не она, — не вмешивайся.

На этом ее полномочия были ограничены. Пусть из сотрудников было не так много людей, лишь Эдди, Питчер и она, но почему-то перед Колтером, стоящим за стойкой, стало неловко.

— Харви Эччер, — опустил голову Эдди, не переставая доедать лакомство.

— Спасибо, но я предупреждаю и тебя, — мельком спросив у Колтера разрешение, он взял в руки маленький донат, положив деньги прямо в руки парню, — увижу, что пускаешь сплетни за моей спиной — уволю. Лея, ко мне в кабинет поднимись.

Не услышав даже ответ, Джексон моментально удалился, прихватив шоколадный пончик. Напыщенный, злой, он проводил взглядом смотревшую исподлобья Лею, затем кротко улыбнулся.

— Это он еще не знает, что его некоторые бабником и грешным человеком считают, — шёпотом, пока никто не слышал, обижено проговорил Эдди, получив чуть слышную смешинку от Леи.

…

— Харви Эччер, вы уволены.

Утренняя планёрка была проведена по расписанию. Было так тихо, что соседи могли услышать дыхание друг друга. Лея, спрятавшись за спиной Эдди, чуть присела, чтобы не попадаться на глаза Джексону.

— Но… почему?

— Отчёт о продажах?

— Сегодня будет.

— Сделка с компаниями конкурентов?

— Я…

— Ежегодная акция от нашей компании в процессе?

— Нет, но…

— Отчёт мне нужен был два дня назад, что я должен сейчас сказать вам всем? Сделка была достаточной крупной, тебе нужно было всего лишь написать документ. Я сделал эту работу за тебя, благо в нашей компании работает Моника. А насчёт ежегодной акции от нашей компании — это самый большой твой косяк, потому что ты взял на себя полную ответственность за редакцию, а в итоге все сроки просрочены, ничего не готово, кто за это возьмётся?

Тишина оглушала. Лишь строгий взгляд, строгая речь и строгое пространство, словно личный кружок каждого. Не было ни клацанья ручкой — ничего. Офисная жизнь как будто остановилась на несколько минут. Каждый глядел на босса с осторожностью, ожидая следующего вердикта. Единственном человеком, что сидел достаточно расслабленно, была Моника, но даже она молчала и не смела перечить, хотя ей казалось, что увольнение достаточно перспективного сотрудника было поспешным решением.

— Я хочу, чтобы в коллективе было спокойствие. Не нужно делать из него змеиный улей, кокон и еще какое-то творческое объединение. У вас для этого есть нерабочее время, делайте что хотите, говорите что хотите, но не смейте нести эту грязь, — чуть ли не плюнул, — в мой офис. На мою территорию. В мою жизнь. — Он замолчал, а затем продолжил: — Надеюсь, каждый найдёт скрытый смысл в этом заявлении, иначе я не понимаю, почему мы здесь с вами собрались. На сегодня планёрка окончена, и… — поймав взгляд Леи, он снова хотел предупредить о необходимости поговорить с девушкой, но, вспомнив, через что она проходились в прошлый раз, остановился, лишь легонько махнув головой. — И все.