Я хмыкнул и сказал:

– Некоторые вещи не для широкого круга.

– Да, – Котар кивнул, – и я не хочу, чтобы мнения о тех событиях разнились.

– Ага, вот оно что.

– Я предлагаю объединить усилия, чтобы сформировать более-менее правдоподобный вариант. – С новой, на самом деле очень даже старой аугметикой, Котар звучал, словно с ведром на голове, но хотя бы разборчиво и на том спасибо.

– Ну, знаете… все мои записки сумасшедшего – художественная литература, – сказал я. – Это удобный формат. Несостыковки, откровенную глупость можно объяснить приукрашиванием, ненадёжным рассказчиком.

– Нельзя оставлять следователям зацепки. Дело серьёзное.

– Со времён бойни на Мордвиге-Прайм каждый член нашего экипажа об этом знает. Вряд ли кто проговорится в трезвом уме и твёрдой памяти, все предупреждены о последствиях.

– И всё же…

– И всё же я только за сотрудничество! Мне как-то уже доводилось работать на писательской ниве вместе с Ангелом, и это вылилось в целый роман!

Котар мой энтузиазм не разделял, – в глазу горело ровное пламя.

– Насколько вы компетентны в вопросе… в вопросе всего, что касается варпа?

Я сделал ещё один глоток рекафа, а потом… была не была!

– Достаточно компетентен, чтобы знать истинное имя того чудовища, которое нас всех едва не погубило.

Бровь Котара взметнулась, вместо ровного пламени – вспышка. А пока он искал слова, я продолжил:

– Признаю – опубликованные романы выхолощены и достаточно сухи. Другое дело – рукопись. Там всё, что я когда-либо видел и знаю. Её я передаю из рук в руки только тем, кому могу доверять, а их на всей "Амбиции" не больше двух десятков. – Я сделал паузу и добавил: – С удовольствием приму вас в клуб.

– Но ведь истинное имя… – Мне показалось или Котар на самом деле побледнел?

– Да! Величайший секрет демона! Его уязвимое место! Если появится такая возможность, можно надолго изгнать демона из нашего мира!

Котар уставился мне в ноги. Я же продолжал наступление:

– Я не чернокнижник, но многое повидал на службе Джону Хокбергу, отцу Георга. Участвовал в двух продолжительных кампаниях и в дюжине отдельных операций против еретиков. Как-то даже попал в плен и был вынужден следить за их ритуалами, пока меня не выручили. Гаруспиция… людоедство, и это только цветочки!

– В армии таким, как вы, в лучшем случае стёрли бы память, – произнёс Котар.

– Джон считал это вредной практикой, – отозвался я. – Так не то чтобы что-то вредное пропадёт, вообще всех знаний лишиться можно. А Джон ценил ветеранов. Мне повезло, что я служил именно ему, а не в имперской армии.

– И всё-таки… не могу поверить. Истинное имя! Откуда… как?!

– Описание демона и его имя подсказал мне воин Караула Смерти Торгнюр Шумный. Он, кстати, и помог написать "Последние дни". – Я допил рекаф и убрал чашку в сторону. – Не может быть никаких сомнений, – демон, который напал на "Амбицию" – это бывший инквизитор Ordo Malleus Антуан Велай, принявший демоничество во время кампании на Скутуме.

– Князь демонов?!

– Да. Можете собой гордиться. Вы одолели не мелкую сошку, а приближённого, избранного защитника лживых богов! Воистину героический акт! Не каждый на такое отважится.

Котар покачал головой и произнёс:

– Если бы я знал об этом заранее, то тоже бы не сразу решился. И уж тем более не рассчитывал бы на успех. – Он пристально поглядел мне в глаза.

Я бы мог повернуться к Котару левой стороной лица – она парализована – но, полагаю, эта смехотворная защита против существа, способного читать мысли. Я надеялся, что он не перейдёт за грань светской беседы.

– А у кого вы узнали о том, что именно произошло в двигательном отсеке? – продолжал расспрос Котар. – В отсеке с генератором поля Геллера?

– Поговорил с Георгом, Мурцатто, с солдатами-офицерами, которые участвовали в зачистке… с Ийданой.

Котар поморщился. Я усмехнулся и произнёс:

– Не беспокойтесь. Она пыталась запутать меня, прикинуться, что толком не говорит на готике, но после того, как убедилась, что я почти всё знаю, лишь дополнила картину.