Выведенные кровью символы или руны, или клинопись налились алым светом, а потом и вообще вспыхнули точно прометий.

Когда Ийдана начала читать заклинание на неизвестном языке, то Георга стошнило, а Мурцатто согнулась и попыталась закрыть уши, но всё равно тонкие струйки крови потекли по щекам.

Так действует на неподготовленных людей тёмное наречие – язык демонов и их лживых богов.

Демоны, корни демонического дерева, одержимые демоном, весь этот ужас наяву окружил Котара. И если бы только это…

Погас оптический имплантат, искусственное лёгкое перестало перекачивать воздух. Полуослепшего и задыхающегося Котара двигала вперёд чистая злоба ко всему нечистому и порочному.

Ревел цепной меч, ему вторил и сам Котар, сражаясь как никогда в своей долгой жизни, ведь так близко к смерти он ещё не оказывался: ни на Армагеддоне, ни на Вайстали.

Демонический сиамский близнец развалился на две части под ударом цепного меча, – алые брызги окатили Котара с ног до головы. Уже в следующее мгновение демонический корень хлестнул его так, что тот едва не снёс ограждения и не улетел под гигантские поршни, – этот механизм и десантника превратил бы в лепёшку. Котар с трудом удержал равновесие на краю и воспламенил противника взглядом.

"Да как ты смеешь, червь?! – прогремел голос демона в ушах. – Признаюсь, хотел сделать тебя своим слугой, но теперь от тебя даже пепла не останется!"– Прочь! – взвыл Котар, и во все стороны от него разошлись кольца пламени, которые сожгли ближайших нечестивых отродий и ослепили остальных. А пока они не пришли в себя, Котар разбежался и протаранил строй, орудуя мечом и кулаком.

Котар совершал подвиг, наёмники пытались не допустить расползание заразы по всему кораблю, а Виктория забилась в угол одиночной камеры в карантинной зоне и вслушивалась в происходящее в соседней, такой же, как и у неё, ячейке.

Сперва ей показалось, что там кто-то стонет от ран физических или душевных. Ещё через некоторое время бедолага, вероятно, окончательно сошёл с ума. И наконец оттуда начали раздаваться такие звуки, что у Виктории волосы встали дыбом.

Сумасшедший не просто вопил как резаный, он ещё и стучал по стене. Удары становились сильнее, и фантазия рисовала ещё одну тварь, восставшего из мёртвых ликтора, который каким-то проклятым образом пробрался в госпиталь. Вот только на этот раз Виктория была без оружия и никак себя защитить не могла. Оставалось только вжаться в противоположную стену и взывать к спасителю и защитнику рода людского.

– О, Бессмертный Император, будь милосерден, хоть я и недостойна…

Выла сирена. В отсеке начался пожар, а потом сработала сигнализация, и из разбрызгивателей полилась вода.

Котара качало из стороны в сторону. Он едва не упал, когда его ухватил щупальцем порубленный на куски одержимый. Котар раздавил шевелящиеся останки, а потом ударил кулаком по руне, и двери скрылись в пазах.

Свет перед глазами гас. Котар уже оглох от непрекращающихся проклятий паразита, которого сколько не выжигай, всё равно найдёт место в самом тёмном уголке души.

Отнялась нога. Котар не удержался, упал сначала на колено, а потом и вовсе растянулся на полу, но он всё равно полз и тянулся к панели управления, чтобы восстановить связь с капитанским мостиком. Сам бы он уже вряд ли что-то сделал, – в голове оставалось не так много светлых мыслей.

Рассыпалась латная перчатка, рыжей пылью распадалась рука.Три метра, два… Позади раздался вой ещё одного недобитого одержимого, когда Котар пробудил Дух Машины центрального когитатора и отправил на мостик одно лишь слово – "Готово".

Чудовища варпа взревели, когда в их мире цвета воспалённой раны появилось чёрное окно с яркими точками звёзд. Они слились воедино, превратились в гигантского спрута, обхватили "Амбицию", но удержать её не смогли. Подранок, кровь которого уже сводила тварей с ума, ушёл.

В реальном пространстве поле Геллера уже не требовалось, а поэтому Лас Руиз без колебаний снял питание с генератора, и в ту же секунду Ийдана завершила обряд.