Угроза была неприкрытой. Олег сжал кулаки. С одной стороны – Ярина, мягкая и понимающая. С другой – этот Ворон, угрюмый, саркастичный и явно недружелюбный воин. Вот тебе и Долина Тихих Вод. Похоже, его путь к равновесию будет не таким уж и спокойным.

Угроза Ворона повисла в тихом воздухе долины, диссонируя с её глубоким спокойствием. Олег почувствовал, как внутри снова вспыхивает искра – на этот раз не силы, а гнева. Он сделал шаг назад, инстинктивно увеличивая дистанцию, но спину выпрямил. Он прошёл через слишком многое за последние дни, чтобы позволить запугать себя угрюмому воину, пусть даже тот был вооружён и выглядел опасным.

— Послушай, Ворон, — сказал Олег, стараясь говорить ровно, хотя голос чуть дрожал от слабости и подступающего раздражения. — Я не ищу неприятностей. И я не «птенец». Я пришёл сюда, потому что это мой единственный шанс разобраться с… с тем, что во мне. Марфа верит, что здесь я смогу научиться. Я не прошу твоей помощи или одобрения. Я просто прошу не мешать. Это место… оно ведь для всех, кто ищет тишины и понимания, разве нет?

Ворон хмыкнул, его тёмные глаза изучали Олега без тени сочувствия.— Тишина здесь – да. А вот понимание… оно приходит по-разному. Иногда – через боль. Иногда – через потерю. А иногда – не приходит вовсе, сколько в воду ни гляди. — Он провёл рукой по шраму на брови. — Марфа верит… Марфа много во что верит. Она видит искры там, где одни угли, и слышит песни там, где только ветер воет. Она мудрая, не спорю. Но иногда её доброта граничит с наивностью. Особенно когда дело касается пришлых.

Он снова шагнул ближе, вторгаясь в личное пространство Олега.— Ты говоришь «сила». Какая сила? Та, что молнии зовёт с ясного неба и друзей подставляет под удар Железного Зверя? Слухи быстро летят, даже в этой долине, пришлый. Особенно когда они пахнут грозой и палёным железом.

Олег похолодел. Он знает. Как? Неужели Марфа рассказала? Или… слухи? Но откуда?— Откуда ты…— Ветер шепчет, — усмехнулся Ворон. — Птицы поют. Лес всё видит. Особенно когда кто-то устраивает такие фейерверки. Так вот, «ученик». Такая сила – не игрушка. И не то, с чем можно научиться управляться, просто глядя на водичку. Она либо сожжёт тебя, либо привлечёт сюда тех, от кого не спасут ни тишина, ни древняя сила этого места. Тех, кому твоя «искра» очень даже интересна. И не для того, чтобы помочь тебе найти равновесие.

Его слова били точно в цель, озвучивая самые большие страхи Олега.— Я знаю, что это опасно, — тихо ответил Олег. — Поэтому я и здесь. Чтобы научиться. Не ради фейерверков. А чтобы… чтобы не навредить. Ни себе, ни другим.

— Благородно, — сарказм в голосе Ворона стал ещё гуще. — Вот только благими намерениями обычно вымощена дорога в самое пекло. Ладно. Марфа тебя привела, значит, слово её пока весомее моих сомнений. Но слушай сюда, пришлый Олег.

Он ткнул пальцем в грудь Олега, не сильно, но ощутимо.— Первое: не лезь не в своё дело. Занимайся своими омутами, медитируй хоть до посинения. Но не суй нос в дела долины и её обитателей.— Второе: если твоя «искра» снова начнёт буянить – не здесь. Уйди в горы, подальше от долины, и взрывай там сколько влезет. Но если из-за тебя сюда явятся незваные гости – пеняй на себя. Я тебя защищать не стану. Скорее, помогу им избавиться от проблемы.— И третье: не мешай Ярине. Она… ей хватает своих забот. Держись от неё подальше.

Последнее требование прозвучало особенно резко. Олег нахмурился.— Я и не собирался никому мешать. Я просто хочу учиться.

— Вот и учись, — Ворон отступил на шаг, его взгляд оставался холодным и тяжёлым. — Сиди у своей воды. Слушай тишину. И молись своим богам, чтобы твоя сила спала и дальше. Так будет лучше для всех. Особенно для тебя.

Он развернулся так же резко, как и подошёл, и широким шагом направился прочь от озера, его тёмная фигура быстро растворилась в тенях ущелья.

Олег остался стоять у кромки воды, чувствуя, как колотится сердце. Встреча оставила неприятный осадок. Угрозы, сарказм, подозрительность… и знание о том, что произошло на склоне. Ворон был опасен. И он явно не рад был его появлению. Особенно его насторожило требование держаться подальше от Ярины. Почему?

Он посмотрел на неподвижную гладь Омута. Тишина и покой этого места были нарушены. Вместо того чтобы спокойно начать обучение, он приобрёл потенциального врага или, в лучшем случае, очень недружелюбного надзирателя.

«Партия собралась», — с горькой иронией подумал Олег, вспоминая строки из своего плана. — «Травница, воин и физик… Звучит как начало былины. Или анекдота».

Он снова опустился на колени у воды. Нужно было успокоиться. Не дать гневу и страху разрушить то хрупкое равновесие, которое он начал обретать. Он закрыл глаза, пытаясь снова погрузиться в тишину воды, отогнать образ Ворона и его колючие слова. Но теперь это было сложнее. Тишина озера казалась такой же глубокой, но на её поверхности теперь плавали тревожные мысли. Обучение будет трудным. Гораздо труднее, чем он предполагал.

Прошло несколько дней. Олег жил у Омутов Тихих. Он устроил себе скромное убежище под нависающими ветвями старой ивы, недалеко от озера – простую лежанку из мха и лапника. Дни он проводил у воды, следуя советам Марфы и своим собственным ощущениям.

Утро начиналось с «принятия» тепла восходящего солнца, которое пробивалось сквозь горные пики и дымку долины. Потом он шёл к озеру. Он не пытался медитировать часами – сил на долгую концентрацию всё ещё не хватало. Он просто сидел у воды, иногда касаясь её рукой, иногда просто глядя в её неподвижную гладь. Он учился слушать её тишину, её глубокий покой. Он представлял, как эта тишина входит в него, успокаивает его искру, помогает найти внутреннее равновесие.

Это было медленно. Очень медленно. Иногда ему казалось, что ничего не происходит. Он всё ещё чувствовал слабость после того выброса силы. Его искра была спокойной, но слабой. Любая попытка сделать что-то большее, чем просто «почувствовать» тепло камня или тишину воды, вызывала лёгкое головокружение и напоминала о той страшной пустоте.

Он старался применять и свои «физические» навыки наблюдения. Изучал растения вокруг озера, камни, поведение редких насекомых, игру света на воде. Он пытался понять экосистему этого места, его ритмы. Он заметил, что вода в озере не совсем стоячая – был едва заметный приток из ручья у Скалы Плача и такой же незаметный отток в другом конце озера, где начиналась небольшая речка, уходящая вглубь долины. Это была система, находящаяся в динамическом равновесии. Как и должно быть в природе.