Флюэнс на секунду застыла, и Кассиан улыбнулся едва-заметно, когда Поток донес до него ее смущение. Сколько противоречивых эмоций. То, что надо для Варгаса.

Она она упрямо тряхнула головой, словно сбрасявая с себя оцепенение и направила не него бластер. Руки у нее, впрочем, подрагивали, а щеки запунцовели. Восхитительно!

Кассиан не мог не улыбаться, хотя Флюэнс как-то слишком быстро отстранилась от ненависти и гнева, потушила эмоции, тускнея, становясь вновь маленькой искоркой. Таллин времени зря не терял и научил ее брать под контроль эмоции и прятаться в Потоке.

— Таллин, сильно же ты промыл ей мозги, — заметил Кассиан, удерживая позицию так, чтобы легко было парировать удары, если Таллин или его талантливая ученица решат напасть.

Хотя он был бы рад и этому, ему не хватало ощущения ее обжигающей ненависти в Потоке.

— Отпустишь ее со мной? Как меня отпустил с Варгасом, м-м? В качестве экзамена? — во время каждого из вопросов Кассиан успевал сделать несколько стремительных выпадов, но супремус Таллин с легкостью парировал их все. — Долго же ты искал мне замену.

Казалось, старый интуит не прикладывает усилий, не концентрируется. Даже в Потоке Кассиан чувствовал только замешательство девчонки. Кажется, её, в отличие от мастера, зацепили слова. И Кассиан решил закрепить успех. Девчонка слишком неопытна и, несмотря на всю подозрительность, вполне способна воспринять сказанное им всерьез:

— Или ты заранее все спланировал, Таллин? Чтобы, когда все позабудут про интуитов, вылепить из нее то, что тебе будет угодно? Может быть — это ты отправил ее на дальнюю Торговую станцию, чтобы супремус Варгас не узнал о еще одном интуите?

Увлекшись этой спонтанной теорией и тем, что Флюэнс вновь вспыхнула в Потоке прекрасным букетом из боли, страха и гнева, Кассиан немного отвлекся и пропустил удар. Недостаточно, впрочем, сильный, чтобы нанести существенный вред.

Таллин был верен себе и словно бы не собирался всерьез причинить ему вред: ранить, но не убить. Остановить, но не любой ценой. Он был слишком мягким. Что ж, когда-нибудь именно это его погубит: абсолютная неспособность постичь необходимость не сдерживаться и выпускать свои чувства. Флюэнс не такая, в ней слишком много эмоций, слишком много страсти.

Воспользовавшись заминкой на мгновение дезориентированного Кассиана, девушка, повинуясь чувствительному тычку Таллина, подхватила сумку и бросилась к дверям.

Стеклянная дверь брызнула осколками, когда Кассиан жадным взглядом проводил тонкую фигурку, стремительно смешавшуюся с толпой зевак, толпящихся на относительно безопасном расстоянии.

— Глупец, — язвительно бросил Кассиан, наседая на противника с удвоенной силой так, что тому пришлось отступать на улицу, — ты всегда был недальновиден, Таллин. Думаешь, твоя девчонка достаточно хороша, чтобы справиться с моими Теневыми стражами?

Лицо Таллина потеряло маску уверенности всего на секунду, но и этого было достаточно для Кассиана, чтобы понять: Таллин и не предполагал, что Кассиан в Вирре не один.

На площади царил хаос, Поль с Майком поняли это, как только стали пробираться к скверу, где уже должна была дожидаться свидания с пилотом Арания. Виридианский конь был надежно привязан к фонарному столбу на одной из боковых улиц. Его внешний вид вряд ли бы соблазнил воришек, так что друзья планировали вернуться за ним на обратном пути.

— Что там вообще происходит? — Поль активно работал локтями, прокладывая путь.

— Это энергетические клинки! — воскликнул Майк, узнавая звук, что теперь частенько преследовал его в ночных кошмарах.

В центре площади, окруженные толпой восторженных зевак, которым явно не была дорога их жизнь, в самозабвенном и чарующе-жутком танце кружили Кассиан и седовласый мужчина в светлых одеждах.

— Супремус Таллин, — выдохнул Поль с благоговейным восторгом, которого Майк никогда не слышал в его голосе, разве только, когда пилот упоминал генерала Соларис. — Это же супремус Таллин! Да хранит нас Поток! Теперь все будет хорошо.

Майк скептически посмотрел на друга: происходящее на площади мало походило на «все хорошо».

— Нам надо найти Аранию…

— Поль! Поль!

Поль заозирался, услышав голос, и наконец, заметил, что к ним проталкивается встревоженная белокурая девушка.

— Какое счастье, что я тебя нашла! Там какие-то вооруженные люди вошли в сквер, и я побоялась… — начала было Арания, но над ее головой, опалив прядь причудливо уложенных волос, пролетел заряд.

Занятые схваткой Кассиан и супремус Таллин отвлекались друг от друга только, чтобы отбить бластерные заряды охраны города, стянутой на подмогу. Мерный гул энергетических клинков тонул в воплях и вскриках боли: городская полиция, сдерживающая толпу, справлялась плохо.