А, что если попробовать потянуться дальше? Флюэнс тихо вздохнула, словно готовясь прыгнуть со скалы на острове Ашт, и позволила Потоку вести себя.

На секунду ей показалось, что среди бесконечных нитей совсем невозможно ориентироваться: тусклые огоньки живых существ вспыхивали и гасли, путали еще больше. Флюэнс казалось, что все пространство — хаотично переплетенные нити этой тонкой паутинки, за которые дергают неясные светлячки. А еще ей казалось, что супремус Таллин и она сама светятся гораздо ярче. Не потому ли, что они обладают даром интуитов?

Где-то мелькнул и погас огонек. Флюэнс не успела понять где. Как будто кто-то закрыл рукой пламя свечи. Иллария?

— Генерал Соларис? — тихо позвала Флюэнс, но ее губы не шевелились. — Генерал…

Огонёк внезапно оказался совсем рядом, ощущаясь одновременно очень далеко и очень близко. А еще Флюэнс на секунду показалось, что она в каком-то очень большом зале круглой формы, и ее обступают плотным, душным кольцом тусклые серые сгустки, испускающие холодное мерцание.

— Генерал Соларис? — еще раз позвала Флюэнс, чтобы убедиться, что единственный источник тепла и света действительно Иллария, когда неожиданно её обдало волной холода, такого жгучего, что она вскрикнула и очнулась.

— Флюэнс! — кто-то несильно встряхнул ее за плечи, и распахнув глаза она поняла, что это Таллин.

Он выглядел встревоженным и сердитым одновременно:

— Флюэнс, что ты сейчас делала?

— Я… я не знаю, — тихо сказала она, осознавая, что сидит на полу и не помнит, как там оказалась, — я медитировала, чтобы отвлечься… а потом… там было столько нитей, мне захотелось посмотреть куда они ведут.

— И все?

Ей показалось, или Таллин облегченно вздохнул?

— Еще были огоньки, — решила продолжить Флюэнс. — Я поняла, что это живые существа, да? Вы также видите?

— Да, ты права, — все еще настороженно кивнул Таллин, не убирая рук с ее плеч. — Мне следовало рассказать тебе раньше.

— Вы рассказывали, — напомнила Флюэнс, — просто… абстрактно.

— Ты точно больше ничего не видела? — супремус Таллин вглядывался в ее глаза.

— Я увидела свет, — осторожно сказала Флюэнс, — и потянулась к нему. Мне показалось, это была генерал Соларис. Не знаю, как объяснить, но я знала, что это она.

Супремус Таллин молчал и, кажется, ждал продолжения или может быть, чтобы она сказала, что больше рассказывать нечего.

— Я окликнула ее…

— Окликнула? — переспросил Тайлер тревожно, его пальцы на ее предплечьях дрогнули, посылая холодные мурашки по всему телу. — Она ответила?

Флюэнс помотала головой:

— Нет, мне внезапно стало очень холодно, я испугалась и… потеряла связь? Очнулась?

Она не смогла подобрать нужного слова, но кажется, не это рассердило Таллина. А он рассердился. Кажется впервые за то время, что она его знала.

— Зачем ты решила ее найти? Какой смысл теперь подлетать к Альдебрасу тайно? — он не кричал, но говорил не тем спокойным тоном, к которому она привыкла. — Если ты взбаламутила весь Поток и заявила, где мы? Я же говорил тебе держать эмоции при себе! А ты то радостно сияешь на Виридис, то решила, не скрываясь, пообщаться через Поток!

Флюэнс на секунду опешила.

— Я пыталась наоборот отвлечься и успокоиться! Я понятия не имею с кем я там общалась! — махнула рукой девушка, изобразив Поток вокруг, она, кажется, почти кричала, но не могла сдержаться. — Вы мне этого не рассказывали! Что с того, что я была в Потока? Я его постоянно чувствую!

— Не только ты можешь быть в Потоке, — все так же громко, но уже чуть более спокойно ответил Таллин, — и не только я. Кассиан тоже может. И, вероятно, Варгас через Кассиана, если он ему позволит. Холод, который ты ощутила — это искуственный интеллект, Флюэнс.

— Надо было сказать мне раньше! — она сбросила его руки и отошла на шаг: ей было так обидно, что супремус Таллин во всем винит её. — Вы постоянно говорите мне про Поток, но никогда про конкретные вещи! Я постоянно что-то пытаюсь узнать сама, а в итоге оказывается, что не должна была этого делать!

— Успокойся, Флюэнс… пожалуйста, — супремус Таллин в примирительном жесте поднял руки. — Это все Поток. Он усиливает твои эмоции. Обещаю, что все объясню, но сейчас нам надо как можно быстрее сесть на Альдебрасе и попасть в здание Совета. Боюсь, что Эд уже знает, что мы здесь.

— “Кассиан”, — хотела поправить его Флюэнс. — “Он — не Эд, он — Кассиан Тенебрис. Тень и правая рука Варгаса, который не умеет испытывать эмоции”.

Но Флюэнс промолчала и кивнула, чтобы не сказать что-нибудь резкое. Может быть это и были эмоции, усиленные Потоком, но не она избегала ответов на прямые вопросы.

И почему-то вспомнились разные глаза Кассиана и то, как он предложил уйти с ним. Флюэнс, несмотря на то, что сердилась чувствовала близкое тепло Таллина в Потоке. Что чувствовал Кассиан, когда рядом был Варгас? Только холод и расчет. Никакого тепла. А если он был в его голове? Постоянно. Беспрерывно, даже, когда он спал и не мог себя контролировать. Флюэнс поежилась, словно это рядом с ней был холод искусственного разума, а не тепло живого Потока.