Опустив взгляд вниз, я заметила, что снова почти допила вино. Моё опьянённое сознание без конца возвращалось к образу, засевшему в голове: я, лежащая на животе, связанные руки, вздёрнутая вверх попка, и Дрэйк, вставляющий в меня свой член.

— Всё в порядке?

— Да, — ответила я слишком быстро. Щёки горели. Я не могла точно сказать, от чего больше: от вина или от тех мыслей, которые он пробуждал во мне.

Сглотнув, я попыталась собраться. Ещё немного, и я могла сказать нечто, о чём позже сильно пожалела бы. Я отвела взгляд, обдумывая, как отдалиться от его гипнотического присутствия хотя бы на несколько минут.

— Мне… нужно выйти. В уборную, — пробормотала я, поставив бокал на стол.

Дрэйк, как всегда, был невозмутим, а в глазах появился едва уловимый намёк на насмешку.

— Хочешь, чтобы я проводил тебя?

— Нет! То есть… не обязательно. Просто скажи, где это, — поспешно отмахнулась я, чувствуя, как меня захлёстывает смущение.

Его улыбка стала шире, но он не стал настаивать. Лишь слегка кивнул, указывая в сторону коридора.

— До самого конца. Вторая дверь направо.

Я встала, но ноги слегка дрогнули, напоминая, что вечер уже давно перешёл ту границу, где я могла бы полностью контролировать себя. Дрэйк заметил это почти мгновенно. Он быстро встал и обхватил меня рукой.

— Всё-таки лучше проводить. На всякий случай.

Я хотела было возразить, но не нашла в себе сил отказаться.

Туалет была роскошным, как и всё остальное в этом клубе. Тёмное дерево, мраморная отделка, мягкий свет. Закрыв за собой дверь, я на мгновение задержалась, опираясь на край раковины. Приведя себя в порядок, я посмотрела на своё отражение в зеркале.

Девушка напротив казалась мне одновременно знакомой и чужой. Пышные губы чуть приоткрыты, глаза блестят, но это был не только блеск алкоголя. Я подняла руку и провела пальцами по своему лицу, словно проверяя, маска ли это или я сама?

Я вышла из туалета, увидев, что Дрэйк стоял недалеко, опираясь плечом о стену. Его руки были небрежно скрещены на груди, а лёгкая полуулыбка на губах дополняла образ человека, полностью уверенного в себе. На первый взгляд он выглядел расслабленным, почти ленивым, но я уже знала, что может скрываться за этим.

— Готова вернуться? — спросил он, когда я приблизилась.

— Может пойдём обратно? Хочется немного потанцевать.

Он задержал взгляд на мне, будто давая понять, каких именно движений ему точно не хватало в данный момент. Гораздо более интенсивных, чем на танцполе. Но потом кивнул, не выдав ни одной лишней эмоции.

Мы вернулись в основной зал. Пространство вокруг было наполнено движением — телами и лицами. Казалось, клуб жил своей жизнью, где желания и намерения смешивались в одном непрерывном потоке.

Дрэйк указал на небольшой уголок с уютными диванами и столиками. Мы устроились там, подальше от эпицентра танцев, но достаточно близко, чтобы ощущать пульс происходящего.

— Хочешь ещё выпить?

— Нет, думаю, мне достаточно. Но… вода была бы кстати.

Дрэйк медленно поднялся.

— Вода, значит. Сейчас вернусь.

Я смотрела, как он направился к барной стойке, подмечая, как много девушек и парней оборачиваются ему в след. Когда он скрылся в толпе, я почувствовала, как пространство вокруг словно изменилось, став более блёклым.

Внезапно шум зала прорезали возбуждённые голоса девушек за соседним столиком. Их взволнованные фразы, как острые вспышки света, разрывали уютный полумрак:

— Посмотри! «Король»! Это он, пришёл таки! — восторженно выдохнула одна, её тонкий палец указывал на вход.

Я невольно повернула голову, ведомая их возбуждённым шёпотом. Их глаза горели, будто они только что увидели кого-то невозможного, почти мифического. А затем мой взгляд скользнул в указанном направлении, и дыхание перехватило.

Никакие маски не смогли бы скрыть личность человека, которого вы хорошо знаете. Слишком хорошо.

Дэвид.

Чёртов Дэвид. Он стоял у входа, как всегда уверенный, с безупречной осанкой, будто этот клуб принадлежал только ему.

Мир вокруг меня застыл. Мозаика из разрозненных мыслей и воспоминаний начала складываться воедино. Этот конверт, лежавший среди документов в нашем бывшем доме… Это приглашение. Оно принадлежало ему. Это было его приглашение.