Может, поэтому я избегаю любых серьезных чувств?

Наверное, да.

Для меня это выход, чтобы никто не смог открыть меня и увидеть внутреннюю пустоту.

Но Илья…

Он постепенно расположил меня к себе и сделал все, чтобы я прониклась к нему симпатией.

Илья уверенный, привлекательный и всегда знает, что сказать, чтобы поддержать в тяжелые времена.

Как же я ошибалась на его счет.

Я осознаю, как всего за несколько недель его присутствие стало для меня важным, и мне неуютно от этой привязанности. Страх берет надо мной вверх, напоминая, что открыться кому-то — это всегда риск. Каждая наша встреча успокаивает и ослабляет мою тревогу, но вместе с тем обнажает мои внутренние страхи. Но все же пустота, которую я чувствую, тревожит меня.

Я не знаю, что будет дальше, но эти мысли и эти переживания не оставляют меня в покое.

Выезжаю на лед перед началом третьего периода и трижды объезжаю ворота. Голос Макара разносится по арене, рекламируя наших спонсоров и их товары. На трибунах почти полная посадка. Сегодня нас поддерживает огромное количество людей.

Чертовски приятно ощущать поддержку от болельщиков, которые надевают джерси, шарфы, шапки с логотипом нашей команды. А сколько плакатов с фамилиями парней поднимаются высоко вверх!

Я чувствую, как адреналин нарастает, отдавая в самое сердце. Все же хоккей — это любовь. Он ломает, но в то же время, вознаграждает.

Каждый матч — это не просто игра, это настоящее зрелище, пропитанное бурлящими эмоциями, скоростью и интересом к этому захватывающему виду спорта.

Звуки свиста судьи, удары клюшек об лед, скрежет коньков и поддержка болельщиков — это мелодия, окруженная напряжением и ожиданием.

Я останавливаюсь на мгновение, чтобы встретиться взглядами с той, чья поддержка за последнее время тепло отдается в сердце. Полина сидит в окружении Даши, отца Марка и Ромки Новикова. Последний недавно вернулся к родителям погостить после вылета из чемпионата. Не скажу, что его появления меня как-то волнует. Но мне не нравится, что он слишком жмется к Полине. Я понимаю, они бывшие одноклассники и все такое, но личное пространство есть у всех.

Малышка, наконец, замечает меня и, улыбнувшись, машет рукой. Остальные тоже обращают на меня внимание, в ответ я лишь киваю и уезжаю обратно на скамейку.

После сорока минут игрового времени счет равный 1:1. Соперники, как и мы, активные, быстрые и хорошо проводят позиционные атаки. Да, даже по броскам по воротам равенство.

— Арена, я вас не слышу! — Макар заводит толпу, его голос эхом разносится по площадке. — Все готовы поддержать «Ястребов»?

— Да! — трибуны подхватываю, аплодируя и свистя. — Ястребы! Ястребы! Ястребы! Вперед.

— Отлично. Давайте еще раз.

Все готово к старту третьего периода: первая пятерка выходит на лед, судьи готовы следить за соблюдением правил, а болельщики с нетерпением ждут голов и ярких эмоций.

Первое вбрасывание происходит в центральной зоне.

Моисей аккуратно делает передача на Ярослава, он, видя боковым зрения соперника, ударяет по тормозам, чтобы избежать столкновения. Я перехватываю шайбу и отправляю ее в зону противника. Однако, против меня применяется силовой прием в рамках правил, и я теряю контроль над шайбой. Номер 18 команды соперников слишком сильно бьет по ней, делая передачу, и она улетает на нашу скамейку запасных, давая нам возможность смениться.

После этого игра продолжается с вбрасывания в нашей зоне. Паша выводит шайбу к центру площадки, а затем, при поддержке Коли, рвутся к вороту соперника. Он мчится вперед, но теряет равновесие и врезается в вратаря.

— Ты как? — спрашиваю, когда Паша садится на скамейку, после очередной остановки игры.

— Вроде норм. Успел сгруппироваться.

Я киваю и возвращаю внимание обратно на лед.

Третье и четвертое звенья отлично держат темп, но и им тоже не удается бросить по воротам. Пусть шайба не задерживается долго ни у одной из команд, однако, моменты для бросков есть, не хватает только реализации.

На очередной смене, я заставляю ошибиться игрока противоположной команды и перехватываю у него шайбу, посылая ее через стенку борта за воротами прямиком на Марка. Он, пересекая красную линию, запускает шайбу по стеклу, но она с рикошетом попадает в заградительное сеть, и судья останавливает игру, назначая вбрасывание в средней зоне.

В ходе шестидесятисекундной коммерческой паузу Николаич дает новые наставление: не жаться к собственным воротом, не давать бросать, не реагировать на провокации и наказывать голами.

За полторы минуты до конца периода мы меняем Мороза на шестого полевого игрока и вырываемся на лед. Да, это риск, но сейчас он оправдан. Нам нужно забить. Мы должны пройти дальше.

Я выигрываю вбрасывание и делаю пас на Снегиря, который мощным ударом отправляет шайбу в сторону ворот, но вратарь соперника справляется с этим броском.

Игра продолжается на высоких скоростях. Наша команда основательно размещается в зоне противника, контролируя дальнейшие шаги. В результате нашей новой контратаки, Моисей неаккуратно делает передачу на меня, и игрок противоположной команды, перехватывает шайбу, направляя ее в сторону наших пустых ворот. Видя это, Марк не задумываясь, мчит за ней. На нашу удачу, шайба рикошетит о конек одного из главных судей, замедляясь и давая возможность другу догнать ее. Почти в последний момент, ему удается задеть ее своей клюшкой и поменять направление движения. Шайба проскакивает мимо ворот и сталкивается о борт.