— Я же говорил, что он ничего не поймет, — фыркнул Репей. — Зря ты ему рассказал. Нужно было просто дождаться Лешего, он бы вывел нас отсюда.

— Думаешь, он не пробовал? — урезонил Ведан сына. — Лешему сюда не попасть. В общем, слушай, Тайновидец! На древнем святилище спрятан Страж Магии.

— Древнее святилище — это парк Магической Академии, — догадался я, вспомнив слова Чахлика.

— Да, — кивнул Веден. — Теперь это парк. А раньше там был лес, и в этом лесу спрятан нерожденный Страж Магии.

— Как это нерожденный? — удивился я.

— Очень просто, — объяснил Веден, — это яйцо. Вот такое.

Он показал руками размер яйца.

— Откуда взялось это яйцо? — поразился я. — Какая птица его снесла? Она должна быть размером с дом, не меньше. И кто из этого яйца вылупится?

— Откуда мне знать? — пожал плечами Ведан. — Когда я родился, Страж Магии уже много веков лежал в колодце.

— Там ещё и колодец есть? — удивился я.

— Да, — кивнул кладовик, — старый колодец с каменными стенками. Страж Магии лежит на дне колодца, а мы его оберегаем.

— От кого? — поинтересовался я.

— Ну, от Кощея, неужели непонятно? — снова вмешался Репей.

— Ага, — кивнул я, решив не обращать внимания на его грубость.

В конце концов, воспитание кладовиков не входило в мои обязанности.

— Значит, Кощей хочет украсть это яйцо? А зачем?

— Чтобы разбить его, — ответил Ведан. — Тогда Кощей заберет силу Стража Магии.

Я почесал затылок.

— Звучит невероятно, но какая-то логика в твоём рассказе есть. Позволь, я повторю ещё раз.

Я принялся загибать пальцы, чтобы ничего не забыть.

— В парке Магической Академии есть старый колодец. На дне этого колодца лежит большое яйцо, из которого должен вылупиться Страж Магии. Вы охраняете это яйцо, а Кощей хочет его украсть.

— Всё верно, — кивнул Ведан.

— А золото вам зачем? — удивился я.

— Чтобы остановить Кощея, — терпеливо объяснил кладовик. — Мы закапываем золото вокруг колодца. Если замкнуть круг, то он остановит Кощея. А потом пробудится Страж Магии, и тогда Кощей не будет страшен. Вот только золота нужно очень много.

Мой недоверчивый разум громко вопил, что мне рассказывают невероятную небылицу. Но магический дар молчал. Точнее, он чутко прислушивался к словам кладовика, и я решил не спешить с выводами.

В конце концов, разум может подождать, пока кладовик не закончит свою историю.

— А что случится, если Кощей доберется до Стража Магии и уничтожит его? — спросил я. — Что тогда будет?

— Плохо будет, — мрачно ответил Ведан. — И не только нам. Весь этот мир будет принадлежать Кощею.

— Ого, — изумился я. — И как выглядит этот Кощей?

— Откуда мы знаем, как выглядит смерть? — вопросом на вопрос ответил кладовик. — Она может выглядеть как угодно.

— Тут не поспоришь, — хмыкнул я. — А это случайно не Кощей послал джинна Воды шпионить за мной?

— За тобой шпионил джинн? — насторожился Ведан. — Да, его мог послать Кощей. У Кощея всегда есть слуги и рабы.

— Кощей боится тебя, — неожиданно сказал Дивень. — Ты сильный маг. Очень сильный и очень хитрый, если сумел поймать нас. Кощей думает, что ты сможешь его остановить. Поэтому он и отправил джинна присматривать за тобой.

— Не хочу показаться невежливым, — сказал я Ведану, — но, кажется, ты говорил, что магия обделила твоего сына умом.

— Зато чутьём она наградила, — напомнил Ведан. — Если Дивень говорит, что ты сможешь остановить Кощея, значит, так оно и есть.

— Ну, допустим, — согласился я, не желая затягивать бессмысленный спор. — А каким способом можно остановить смерть? Ты же сказал, что Кощей — это смерть, я ничего не путаю?

— Не путаешь, — кивнул Ведан, — но одну магию всегда можно остановить другой магией. Дивень уверен, что у тебя хватит для этого сил.

— Вообще-то в этом городе я не единственный маг, — усмехнулся я. — Есть полиция и Тайная служба.

— Они не смогут тебе помочь, господин Тайновидец, — сказал Ведан. — Это другая магия, совсем другая, понимаешь? Не фокусы, а настоящие чудеса.

— Довольно неприятные чудеса, судя по твоему рассказу, — заметил я.

— А кто говорил, что чудо всегда должно быть приятным? — возразил кладовик.

— Я должен передать вам предложение от начальника Тайной службы, — вспомнил я. — Вообще-то он согласен вас освободить, но только в том случае, если вы вернёте всё золото и освободите людей, которых вы похитили.