– Так они же без телефонов живут. Ни одного нет.

– Правда?
– искренне удивляюсь, что есть еще такие уникумы на свете. Мне телефон мама, наверняка, положила еще в колыбельку. Чтобы не отвлекала ее от женихов.

– Да. Никто не верит, - смеется класснуха. Она в прекрасном расположении духа, словно я уже дала согласие идти в это паучье логово.
– Зато сколько свободного времени. Молодежь сейчас вообще из телефонов не вылезает. Зумеры или как вас там...

Моя тревога растет сильнее, потому что Инна, чтоб ее, Семеновна пихает мне в руки пачку файликов с распечатками.

– Они что болеют? В школе давно их не видно.
– Руки зудят и кричат вернуть это добро обратно. Гребаные распечатки пахнут неприятностями.

– Нууу, - уклончиво тянет класснуха, избегая смотреть мне в глаза.
– Иногда отсутствуют. Берут недельку отдыха.

– Хмф. Вот бы и мне так, - возмущаюсь я.

– Ох, Миша, ну о чем ты говоришь? Никто не прогуливает просто так. Они в это время усиленно занимаются терапией.

Последнее предложение она произносит, понизив голос.

Почему-то меня ее новость не удивляет.

Встряхнув волосами, я загораживаю ей проход, чтобы не дать уйти. Пусть сама идет к близнецам! Или пару бугаев из спортивного класса попросит.

– Инна Семеновна, честно признаться, я боюсь к ним идти.

Она понимающе смотрит на меня и по-дружески хлопает рукой по плечу.

– Не все так страшно, как кажется. Егор безобидный мальчишка.

– Я не про Егора, - буркаю, протягивая распечатки обратно. Она их игнорирует.

– Дома только Егор. Савва отсутствует.

– А вдруг он там будет?

– Нет, он на терапии.

– Ну а если...

– Миша. Ты в нашем классе появилась недавно, многое про них не знаешь. Возможно, составила ошибочное мнение.
– Она строго смотрит на меня сквозь линзы узких очков.
– Мальчишки с нами с первого класса. Никаких нареканий к ним нет. Савва немного вспыльчивый, Егор, наоборот, тихий. Но оба, в общем-то, не вызывают проблем и хорошо учатся. Школа пошла им навстречу, после произошедшего случая их приняли под мою ответственность, я отстаивала их право доучиться в том же классе. Считаю, что они оба этого заслуживают, тем более, что прилагают усилия. Даже после девятого остались, оценки у обоих прекрасные.

Возможно, Инна Семеновна просто витает в облаках и не в курсе что происходит на переменах.

Я вздыхаю.

Конечно, не в курсе, тем более, весь класс по-настоящему боится Чудика. Вон даже придурок Кирилл сделал вид, что кровь от давления пошла. Никто не лезет и к его брату только из страха получить ножницами под ребра, жаль, что я этого не знала.

– А что у них произошло?
– Любопытство во мне пересиливает, хотя, до этого момента я не интересовалась их историей. Просто не хотелось сплетничать с одноклассниками, с которыми особо и не общалась.

– Ах, Миша.
– Она грустно вздыхает.
– Когда им было по семь лет они попали в жуткую аварию. Вмиг остались сиротами. Весь город тогда на ушах стоял от этой новости. Фура влетела в их машину, от удара ту вынесло за отбойник, и она улетела в овраг. Отец с матерью погибли на месте. Савва вылетел в окно. Он был не пристегнут.

В шоке слушая учительницу, закрываю рот рукой. Ох-ре-неть.

– А... Егор?

– Егору досталось больше всех, - помолчав, продолжает Инна Семеновна. Голубые глаза увлажнились, словно она снова переместилась в тот страшный день, когда два ее ученика остались без родителей.
– Егора зажало между сиденьями, его долго не могли достать. Резали машину по кускам... Ох, ты милостивый Господь, ужас-то какой... Ну, конечно, когда они смогли вернуться к учебе, Егор совсем на себя не был похож. Раньше ведь был обыкновенным веселым мальчишкой, друзей себе еще на линейке завести успел, а теперь... Произошли серьезные нарушения в нервной системе.

Она замолкает и, сняв очки, протирает увлажнившиеся глаза платком.

– А Савва?
– тихим голосом спрашиваю, чувствуя тяжелый камень на сердце.

Какая чудовищная судьба! Вот так, лишиться всего за один миг! Я в полной растерянности, и конечно, меня обуревает чувство жалости.

– Савва всегда был замкнутым ребенком. Общался только с братом. Конечно, авария и на нем оставила свой след. Но они, правда, оба безобидные, ты зря беспокоишься.

Оба. Мало верится, но свой скепсис, конечно, сейчас совсем неуместно показывать.

Я внезапно кое-что вспоминаю.

– Инна Семеновна, так Егор поэтому испугался машинок? Из-за аварии? Из-за того, что случилось?

– Не совсем, - она водружает очки обратно и смотрит на меня покрасневшими глазами.
– Егор в тот день ехал с металлической машинкой в руке. В какой-то момент он передал ее отцу.

Она сглатывает, продолжать рассказ ей трудно. Но я смотрю на нее в ожидании ответа.

– При ударе машинка сильно впечаталась их отцу в голову. Пока Егора доставали он все время видел эту ужасающую картину. Думаю, сдвиг произошел именно в этот момент.