— Нет, — сказал я категорично. — Не освобожу.

— Ты! — большуха гневно вскинулась.

— Я спас вашу жизнь, — напомнил я. — Или грех неблагодарности для шибинов больше не существует?

Большуха тяжело выдохнула, ее плечи опустились.

— Существует, — проговорила она. — Мы чтим долг жизни… Но почему ты не хочешь отозвать клятву? Ты ведь сам теперь оказался здесь, еретик по законам Империи, связанный с демоном. Чего тебе опасаться?

— Не отзову, — снова отказался я и добавил: — У меня свои причины.

Шибинка нахмурилась, но больше ничего не сказала. Я молчал тоже. Наконец, после долгой паузы, она вздохнула.

— Ну нет значит нет… Дочь рассказала мне странную историю о том, как вы с кузеном упали с неба. Но человеческие маги неспособны путешествовать через Бездну, срезая пространство. Как вы тут оказались?

— Это заслуга Кащи, — сказал я, и пояснил: — Моего демона. Но не будет ли лучше, если я все расскажу на общем собрании? Цилла говорила, что оно проходит в общинном доме, и что вы его созовете из-за нашего появления.

— Созову, — согласилась большуха, — как раз на закате, когда вернутся охотники… Ладно, расскажешь сразу всем. Тогда ступай вниз к своему кузену. Подождите там, пока я покормлю ребенка. Потом отведу вас.

— Один вопрос, — проговорил я, уже поднимаясь на ноги. Циллу об этом я тоже спрашивал, но она, к сожалению, ответа не знала. — Когда мы с кузеном упали в реку, вода нас не держала и мы сразу пошли ко дну. Почему так?

— А, это магия тишайших, — отозвалась большуха. — Они изменили структуру воды во всех водоемах в округе и наложили на них заклятия притяжения. На нас их магия не действует, но любой чужак, подошедший к реке или озеру, ощутит тягу шагнуть в воду и сразу утонет.

— Но разве обычные люди здесь появляются?

— Это не столько против людей, сколько против бездумных монстров — тех, которые слишком глупы, чтобы служить Божественному, — отозвалась она.

Тут мне подумалось, что Кащи единственный из нас ко дну не пошел, оставшись на поверхности реки. Значит, магия Могильных Гирз посчитала, что он служит Восставшему из Бездны и достаточно разумен.

А еще мне подумалось, что большуха ничего не сказала про имя моего приемного клана. Значит, она все же не знала? Впрочем, даже если знала, с учетом клятвы рассказать никому о нем не могла.

Когда я вернулся во двор, Теаган и Кащи обнаружились там же, где я их оставил. Кащи притворялся спящим, а жрец с задумчивым видом разглядывал единственное ухо «кролика», осторожно водя пальцем по кисточке, которым ухо заканчивалось.

Услышав мои шаги, Теаган поднял голову.

— Забавно, что демонов, имеющих облик фиолетовых кроликов, не существует, — проговорил он. — Твой демон — мимик?

Я задумался. Кащи действительно мог изменять свой облик, но при этом кисточки на его ушах всегда сохранялись. Настоящие же мимики, по идее, менялись полностью.

— Спроси у самого Кащи, — предложил я. Хотя, наверное, говорить с демонами жрецам не полагалось?

— Спрашивал, — неожиданно ответил Теаган. — Молчит.

— Кащи осторожный! — «кролик» открыл глаза и уставился на меня с негодованием. — Кащи очень осторожный! Поэтому Кащи никому ничего не говорит! Пффф!

— Кащи молодец, — отозвался я, пряча улыбку, и сел на скамью рядом.

«Кролик» фыркнул снова, но уже не так возмущенно, вскочил на задние лапки и перепрыгнул ко мне на колени.

— Кащи нужна магия, Кащи совсем-совсем пустой, — опять пожаловался он.

— Потерпи до завтра. К утру мой резерв должен восстановиться, — сказал я ему.

— Ты так уверен, что до утра мы доживем? — негромко спросил Теаган.

— Ну… местные вроде как настроены дружелюбно.

— Вроде как, — согласился он, криво усмехнувшись. — Только вот тишайших мы пока не встречали.

— Может и не встретим? — предположил я оптимистично. В конце концов, каков был шанс, что именно сегодня демоны явятся в свою поднадзорную деревню? — Насчет Кащи. Его истинный облик — это теневая гончая. А уж считаются гончие мимиками или нет — этого я не знаю.

— А в человека он может превратиться? — тут же спросил Теаган.

Хм, мне такая мысль в голову не приходила.

— Кащи, можешь? — спросил я.

— Кащи может, — отозвался тот ворчливо. — Кащи все может, но только если ему дадут много-много ке силы.

Большуха появилась минут через пятнадцать. Младенец опять висел в перевязи у нее на груди и, кажется, спал.

Общинный дом по размеру оказался велик, но весь состоял из одного единственного помещения, способного вместить, как я прикинул, больше тысячи человек. Впрочем, сейчас там собралась едва половина от этого числа. У трех стен в несколько рядов стояли длинные скамейки, у четвертой возвышалась крепко сколоченная деревянная платформа. Народ в основном толпился в центре, стараясь держаться к платформе поближе, и мужчин среди присутствующих было где-то около половины. Значит, охотники вернулись.