Оба-на…

Я принялась лихорадочно вспоминать, где его последний раз видела. И по всему выходило, что оставила мокрую картонку с фотографией на столе кадровика.

— Сашенька, я так пред вами виновата. Как это произошло, ума не приложу, — забормотала Агриппина. — В академии никогда ничего не пропадает, домовые в течение пятнадцати минут возвращают вещь тому, кто ее потерял. Журнал вернули, а ваш паспорт почему-то нет. И ведь не поговорить с этой мелкой нечистью, не узнать причины. Они все поручения беспрекословно выполняют, но с людьми не разговаривают.

— Какой еще журнал? — с недоумением уточнила я у огорченной женщины.

— Имперский вестник. Собиралась отнести его в библиотеку, заодно отдать вам паспорт. Сложила их вместе, пошла к Маргарите. Столкнулись с ней в коридоре. А она заявила, что увольняться собралась. Дескать, все надоело, желает жить так, как хочет. Пока мы беседовали, я положила журнал с вашим удостоверением личности на перила. Ну и забыла.

О как. Не думала, что наш разговор наведет библиотекаря на мысль об увольнении. Ну да это ее жизнь, и ей решать. А вот мне как без паспорта?

— Сашенька, не переживайте, ваш документ я восстановлю. Уже направила обращение в паспортный стол. Завтра придет ответ, сообщат сроки изготовления нового. Проблема в другом, — экономка скомкала салфетку. Посмотрев по сторонам, подалась ко мне и тихо продолжила: — Я боюсь, что ваш паспорт нашел кто-то из студентов. И тогда о том, что вы изгой, станет известно не только администрации.

Час от часу не легче! Еще бы понимать, чем это грозит.

Уловив мое замешательство, собеседница удивленно нахмурилась.

— Странно, что вы не знаете. Есть древнее негласное правило: изгои не имеют права находиться там же, где и дворяне. У вас могут быть проблемы со студентами из знатных родов. Мне так жаль.

Та-а-ак. За то, что я ведьма, меня сегодня утром уже пытались прессинговать. А теперь начнут травить и как изгоя? «Хорошенькая» перспектива!

Промокнув губы салфеткой, я отпила компота и задумчиво спросила:

— А что по этому поводу говорит устав академии?

— Никаких ограничений нет. Все равны, но…

Экономка села прямо и перевела взгляд куда-то за мое плечо.

Я напряглась, предчувствуя беду, но произнесла ровным тоном:

— В таком случае не вижу причин для волнений.

— Да ты, тля, совсем обнаглела! — раздался позади громкий и, увы, знакомый голос.

Шум в столовой разом стих.

Сохраняя самообладание, я забрала со стула белого кролика. Погладила его мягкую шерстку и неторопливо повернулась.

В двух шагах от нашего стола стоял не кто иной, как студент Силантьев. Синяки под его глазами почернели, еще больше придавая здоровяку сходство с пандой. Светло-коричневая униформа и колпак на голове красноречиво вещали о том, что сегодня он трудится в столовой.

Зря ректор эту злобную «панду» не отправил землю копать. Глядишь, дури бы поубавилось.

— Вы что-то хотели? — холодно спросила у Силантьева.

Тот пренебрежительно скривился, надменно вздернул подбородок. Не отводя от меня глаз, отчетливо произнес:

— Господа дворяне, прошу внимания! Эту девку зовут Александра Лаптева. Сегодня я узнал, что она является серебряной ведьмой.

Удивленно-восхищенный гомон разлетелся по помещению. Градус любопытства резко повысился. Кое-кто из молодых людей даже улыбнулся, стараясь… понравиться?

Что же за дар такой у серебряных ведьм?!

Явно надеявшийся на другую реакцию сын боярина Силантьева зло прищурился. Достал из кармана помятую картонку, продемонстрировал ее окружающим.

Мой паспорт? Откуда он у него? Хотя без разницы. Гораздо важнее, что гад затеял.

— Но это еще не все. Эта мерзопакостная ведьма — изгой, — заявил здоровяк с отвращением, брезгливо швырнув документ на мой стол. — Изгои — мусор и отребье, им нет места среди представителей уважаемых древних родов! Однако грязная тварь здесь, — он ткнул в мою сторону пальцем, — и смеет осквернять своим присутствием вашу трапезу! Администрация академии мало того что подвергает всех студентов опасности, еще и плюет на древние нерушимые правила! Это унижение для любого дворянина!

Разум опалила злость. Сволочь. Какая же он сволочь!

Пальцы закололо. Откуда-то пришло четкое понимание: любое мое пожелание будет иметь последствия.

Не спуская с рук кролика, я поднялась.

Рослый дворянин осклабился, с презрением выплюнул:

— Силой решила помериться?! И что ты мне сделаешь, ведьма?

А вот это он зря.

Энергия во мне бурлила, яростно требовала свободы. Я четко сформулировала пожелание для Силантьева, отпустила силу и замерла, ожидая результата.