Кажется, этот мужчина чаще всего именно смеется. Это очень мило.

– Да.

Я не собиралась говорить Трипу о нашей первой встрече. Кузен он ему или нет, его не касается, что случилось с братом Далласа. Я не знаю, что Даллас мог рассказать об этом другим. Может, вообще не упоминал. Я уж точно не собиралась трезвонить об этом. Мне не понравилось бы, если кто-нибудь вдруг взялся бы распространяться о моей жизни.

Блондин еще сильнее наморщил лоб и с недоверием качнул головой.

– Даллас первым выбрал твоего парня. – Он помолчал и снова покачал головой. – Он и в самом деле ведет себя так?

Я кивнула.

– Да ну, в этом нет никакого смысла. Я знаю его всю свою жизнь и никогда не видел, чтобы он на кого-нибудь злился. Он чертовски спокойный тип.

Мы говорим об одном и том же мужчине? При мне он злился на двоих человек.

Трип задумался, потом хмыкнул и прищурил один глаз:

– Ты с ним флиртовала?

Мое презрительное фырканье вряд ли можно было истолковать неправильно.

– Нет.

Я даже не думала о флирте. Ни чуточки. Может, слегка и засмотрелась на него, когда он вышел из комнаты в одних боксерах, я же не святая, но я запретила себе разглядывать его ниже подбородка, как только узнала, что он женат.

Трип, казалось, не на шутку удивился:

– Я просто спросил. Он довольно остро реагирует на это.

Потому что женат или разведен?

– Он ничего не говорил мне о тебе.

Я не знала, что на это ответить, и нервно провела руками по обтянутым джинсами бедрам.

– Я просто не хочу чувствовать себя неловко при встрече с ним. Клянусь, я не сделала ничего, что могло вызвать его неприязнь. Он вел себя довольно мило при первой… – И тут я осознала, что жалуюсь взрослому мужчине на его кузена. Это номер один в списке самых бессмысленных занятий. Нужно заткнуться. – Просто не знаю, что я сделала, и не хочу ощущать неловкость.

– Я спрошу у него. Порой не понимаю, что за моча ему в голову ударила, – обыденно пояснил Трип, и я смутилась – ведь мы не так уж хорошо знакомы. – Ты хорошенькая, лично я не возражал бы, если б ты со мной пофлиртовала.

– Я с ним не флиртовала, – страдальчески произнесла я, прокручивая в уме каждый разговор с Далласом. Ничего. В моих словах не было никакого флирта.

Не переставая улыбаться, Трип пожал плечами. Это могло означать как «Верю», так и «Не знаю, что сказать».

Отлично. Я усмехнулась, сделав мысленную зарубку обдумать его слова позже, и снова обратила внимание на улыбающегося мужчину.

– Перестань ухмыляться.

Он улыбнулся еще шире:

– Как?

Он знает, что делает. Я же не дура. И Трип тоже далеко не дурак.

– Как сейчас. Я в этом смысле тупиковый вариант. Не трать все это… – я неопределенно взмахнула рукой, – …на меня.

Он засмеялся совсем как Джинни, и в тот же миг мне показалось, будто я знаю его чуть ли не всю свою жизнь.

– Понятия не имею, о чем ты.

– Ты чертов лжец, – фыркнула я и сдержанно улыбнулась.

Чем больше он смеялся, тем сильнее сглаживались углы, и я начинала воспринимать его как друга.

– Джин уже посоветовала мне относиться к тебе как к замужней женщине с бородавками по всему лицу. – Он погладил покрытую пятнами белую футболку. Я подозревала, что не она первая сказала ему это. – И пригрозила отрезать мне что-нибудь ножницами, если я попробую приударить за тобой.

Ох, Джинни… Не представляю, за что мне выпала такая удача – иметь близкую подругу, но далеко не каждому везет заполучить двух верных подруг.

– Не связывайся с девушкой, вооруженной ножницами. – Я подняла брови и изобразила пальцами ножницы.

– Я умею хорошо себя вести.

Я пристально посмотрела на него:

– Что-то не верится.

Улыбка на красивом лице со светлой щетиной лишь подтвердила неблагонадежность Трипа. По крайней мере, он не собирался продолжать флирт. Теперь, когда мы установили правила общения, мне стало легче в его присутствии.

– Джошу нравится команда? – спросил Трип, словно ощутив это.

Я сказала ему правду:

– Нравится. Он готов соревноваться.

Я уже мысленно начала подготавливать себя к тому, что до конца своих дней буду просиживать на трибунах игра за игрой, час за часом. С тех пор как у меня появился Джош, самым сложным для меня было приспособиться к бейсболу.

– Как долго он играет?

– С… трех лет.

С тех пор прошло уже восемь лет. Когда он начал, мне было двадцать два года. Время летит быстро.