На рассвете Йим направилась к замку, неся с собой деревянное копье и нож. Хотя последний был бесполезен как оружие, он был необходим для разрубания черепов. План Йим был прост: собрать все черепа и уничтожить их одновременно. Она надеялась, что ей удастся сделать это, не привлекая внимания темного человека. Если бы ей это удалось, она бы посмотрела, что будет дальше, и стала бы импровизировать. У Йим не было никакой другой стратегии, кроме как использовать нож против себя и Хонуса, если ситуация покажется безнадежной. Так, по крайней мере, наши духи не будут захвачены. Ей было интересно, что подумает Хонус о таком бессистемном нападении. Полагаю, не одобрит.

Йим вошла в сторожку и оглядела внутренний двор. Древний замок обветрился и разрушился, но в его стенах не было видно ни одного живого существа. Между булыжниками не росло ни травинки. Ни одна виноградная лоза не украшала промозглый двор. Все было смертельно неподвижно, но Йим уже чувствовал мучения плененных духов. Видно было, что темному человеку не нужно было прятать черепа, поскольку два из них были видны из сторожки. Йим стало известно еще о трех. Если включить в картину череп, который она уже разбила, то все черепа были развешаны через равные промежутки вдоль стен замка. Она срубила их и использовала шнуры в качестве ручек для переноски.

После того как Йим собрала пять духов за пределами замка, она обнаружила еще одного, заключенного внутри него. По голосу этот дух напоминал человека, который изо всех сил пытается подавить мучительные рыдания. Йим забеспокоилась, что это может быть Хонус. С нарастающим страхом Йим вошла в хранилище. Дойдя до двери во внутренний зал, она осторожно заглянула за нее.

Хонус неподвижно лежал на полу, связанный и обнаженный. Руны покрывали его тело от шеи до ступней, отчего оно выглядело окровавленным. Огонь в медном котле довел жидкость в нем до кипения, и в воздух поднялся пар. От его гнилостного запаха Йим едва не задохнулась. Под потолком над котлом висело множество веревок и шкивов, и чернокожий мужчина возился с ними. Он спустил на пол веревку с латунным крюком, схватил ее, подтащил к Хонусу и прикрепил крюк к узам на лодыжках Хонуса. Было ясно, что он готовится погрузить Хонуса в котел.

Йим срочно обследовала комнату в поисках последнего черепа. Ей казалось, что найти его не составит труда, ведь комната была практически пуста, если не считать котла в центре. Однако стены были пусты. Ни один череп не свисал из дверного проема.

Темный человек подошел к веревке и начал тянуть. Деревянные шкивы заскрипели. Веревка, прикрепленная к крюку, натянулась. Лодыжки Хонуса приподнялись, и его медленно потащили по каменному полу. Он опустился под шкивом, прикрепленным к веревке, которая протянулась через всю комнату и прошла над котлом.

Рыдания духа, заключенного в оставшемся черепе, эхом отдавались в голове Йим. Она знала, что он совсем рядом, но все равно не могла его увидеть. Думай! Думай! Заклинания обычно связаны с закономерностями. Подумай об узоре! Круг из шести черепов и седьмой. Где? Ответ казался очевидным. В центре! Но в каком центре? В центре замка? Замка? Комнаты? Это должна быть комната – она круглая. Но котел находится в центре комнаты. Йим смотрела на кипящий котел, но казалось, что череп не может находиться там. Она проследила за поднимающимся вверх облаком пара, и сердце ее упало. Она нашла череп. Он болтался на веревке высоко над котлом.

Взгляд Йим оставил череп и проследил за шнуром, на котором он висел, поднимаясь к запотевшему потолку комнаты. По залу тянулся клубок веревок, и большинство из них проходило над котлом. Шнур, на котором висел череп, был привязан к одной из них. Однако Йим, как ни старалась, не могла определить, к какой именно веревке. В конце концов все веревки прошли через шкивы и спустились на пол в дальнем конце зала. Их было больше дюжины, и Йим знала, что сможет перерезать только одну или две, прежде чем снова столкнется с темным человеком. От такой перспективы ее парализовали паника и нерешительность.

Тем временем связанные лодыжки Хонуса поднимались все выше от пола, а мужчина продолжал тянуть за веревку. Вскоре ноги Хонуса были направлены прямо вверх. Йим продолжала ломать голову над тем, что делать, пока не услышала спокойный и властный женский голос:

– Брось черепа в огонь.

Йим повернулась, чтобы посмотреть, кто это говорит, но зал за ее спиной был пуст. Снова раздался голос, более настойчивый, чем прежде.

– Сожги их немедленно!

Голос был убедительным, и Йим повиновалась ему. Она бросилась к котлу, подальше от темного человека, и швырнула черепа в огонь. Мужчина стоял лицом в сторону, и, поскольку босые ноги Йим почти не шумели, он не заметил ее присутствия, пока не увидел, как она бросилась к веревкам. Он быстро среагировал и отпустил веревку. Когда ноги Хонуса опустились на пол, темный мужчина бросился за Йим.

Йим добежала до дальнего конца зала и схватила веревку наугад. Как и все остальные веревки, она шла от шкива на потолке к латунному кольцу в полу. Неизвестно, была ли это та самая веревка, на которой висел череп. Чувство целеустремленности, которое окрыляло Йим всего несколько минут назад, улетучилось так же быстро, как и появилось. На смену ему пришло отчаяние, с которым она пыталась перерезать толстую веревку. Но не успела она оборвать ее, как к ней подскочил темный человек. Йим обернулась к нему лицом и выронила нож, чтобы схватить копье обеими руками.