Я не могу избавиться от ощущения, что это обещание. Мое сердце бьется так громко, что мне интересно, чувствует ли он это своими пальцами, которые находятся у моего горла.

— Что ты собираешься со мной сделать? Что? — спрашиваю я, гадая, должна ли я спросить или действительно хочу знать ответ.

Это правильный вопрос, а может быть, и неправильный. Его легкая, дразнящая ухмылка становится шире, демонстрируя белые зубы и хищную улыбку.

— Я собираюсь разрушить тебя. А чего тебе следует бояться больше всего? — он наклоняется, пока наши губы снова почти не соприкасаются, и у меня перехватывает дыхание. — Я собираюсь удержать тебя.

— Ты хочешь сказать, что он появился в твоем домике? — голос моей матери поднялся примерно на пару октав с тех пор, как мы начали разговаривать, и я немного беспокоюсь, что она планирует собрать вещи и появиться здесь еще до полуночи.

Что было бы впечатляюще, поскольку сейчас почти десять вечера и ей потребуется не меньше двух часов, чтобы добраться сюда.

Я откидываюсь на спинку матерчатого походного стула и смотрю на разведенный мной костер. Обе собаки лежат по другую сторону от него, развалившись рядом со своими мисками для еды с набитыми животами, полными еды и арахисового масла, которым Вирджил угостил их перед уходом.

— Мы поговорим позже, — сказал он мне, вставая с кровати. — Ты нужна мне в хорошем расположении духа.

Потом он просто ... ушел. Просто вышел через парадную дверь, пока я смотрела и оплакивала поцелуй, которого так и не произошло.

Если кто-то и заслуживал сегодня смерти, так это мой отчим.

— Он звонил мне пару дней назад, — объясняю я, съеживаясь, когда она отпускает несколько отборных замечаний по поводу того, что я не позвонила ей раньше. — Я знаю, я знаю. Мне жаль. Он сказал, что Кейт дала ему мой номер.

Ее единственная реакция на это - резкий вдох, и я практически вижу, как она злится от моих слов.

— Его там не может быть, Слоан, — обещает мне мама. — Если он появится снова, вызови полицию.

— Э-э-э... — я инстинктивно смотрю на деревья, как будто Вирджил вот-вот появится.

Если бы только это так работало.

Я угрюмо ерзаю на стуле, мои шорты задираются вверх по бедрам, когда я поджимаю ноги под себя и откидываюсь на спинку. Не кажется хорошей идеей вызывать полицию, пока Вирджил здесь.

— Я не знаю, мам. Я не хочу устраивать сцену.

— Это не ты устраиваешь сцену! — она раздражена, но я знаю, что это не из-за меня. — У тебя выходной на этой неделе?

— У меня завтра выходной.

— Могу я приехать и пригласить тебя на ланч? Я хочу убедиться, что с тобой все в порядке. И поговорить об Энтони. Он не может этого сделать, — она повторяет эти слова так, словно это заставит его больше не появляться. — Я хочу обсудить с тобой правила его освобождения. И я собираюсь поговорить с Кейт утром.

Я сомневаюсь, что это будут слова "желаю вам благословенной недели".

— Хорошо... Да. Если ты хочешь?

Позади меня хрустят ветки, заставляя Вулкана поднять голову и, навострив уши, вглядеться в лес. Либо ничего особенного, либо это кто-то, кого он знает.

И я уверена, что есть только один человек, который ему нравится, который может подкрасться ко мне сегодня вечером.

— Полдень тебя устроит? Или ты все еще будешь спать? Я также привезу подарки для своих внуков-щенков.

Ее слова заставляют меня фыркнуть, хотя половина моего внимания сосредоточена совсем на другом.

Например, на том, кто может подкрасться ко мне сзади. Мурашки беспокойства пробегают по моему позвоночнику. Сегодня днем я вздремнула, так что определенно чувствую себя лучше, но пока не на сто процентов.

Не сейчас, когда я все еще боюсь, что мой отчим вернется и снова попытается извиниться или что-то в этом роде. Я не уверена, как долго продлится угроза клыков Вулкана, но я надеюсь, что это как минимум неделя.

Или больше, предпочтительно.

— Ты их так балуешь, — хихикаю я, закрывая глаза, когда меняется ветер и еще больше тепла от костра обволакивает мое тело. — Да, все в порядке. Если у тебя есть время и ты хочешь приехать...

— Хочу, — твердо обещает мне мама. — Никаких "если" и "но".

Я не могу не улыбнуться старой поговорке.

— Хорошо. Увидимся в полдень. Езжай осторожно, мам.

— Приятных снов, — она вешает трубку, не сказав больше ни слова, и я на секунду кладу телефон на бедро, прежде чем начинаю вставать, желая обернуться и посмотреть, действительно ли Вирджил где-то позади меня.