Может быть, мне не стоит этого делать.

Мысль вылетает за дверь быстрее, чем сформировалась, и мой взгляд останавливается на Вирджиле.

Но этот Вирджил отличается от того, которого я встретила в Доме. В отличие от того, кто спрашивал меня, все ли со мной в порядке на палубе, и от того, кто безостановочно задавал мне вопросы, пока мы ходили вокруг, собирая мусор.

Вирджил передо мной стоит почти совершенно неподвижно, его карие глаза с золотыми крапинками мгновенно находят мои. Он стоит, засунув руки в карманы, с идеально уложенной прической, и он не улыбается мне и не двигается, чтобы я почувствовала себя более комфортно.

Однако он протягивает руку и гладит Вулкана, когда я откусываю еще один кусочек бублика, который держу в руках.

— Еще рано, — замечаю я, уверенная, что мой голос по-прежнему звучит так, словно я только недавно проснулась.

— Я мог бы тебя разбудить, — замечает он. — Но я позволил тебе сначала приготовить завтрак, потому что я такой милый.

О. Я пользуюсь моментом, чтобы просто посмотреть на него и пожевать свой слегка острый и очень сырный рогалик, намазанный простым сливочным сыром.

— Ты мог бы просто зайти и, не знаю, посмотреть телевизор? — я указываю на телевизор. — Не похоже, что Вулкан собирается выгнать тебя, — прежде чем он успевает продолжить, я спрашиваю, потому что меня убивает неизвестность: —Что ты ему дал?

Вирджил сначала не отвечает. Он усмехается, но взгляд его уже не такой дружелюбный, как раньше, и еще раз проводит рукой по ушам Вулкана.

— Ты беспокоишься, что я отравил твою собаку?

— Нет... — я чувствую небольшой спазм в животе, потому что до сих пор это никогда не приходило мне в голову. — Должна ли я бояться?

Я убью его, если он причинит вред Вулкану, психованный серийный убийца он или нет.

— Конечно, нет. Я давал ему арахисовое масло, безопасное для собак. Думаю, мне просто повезло, что я выбрал его еще до того, как ты так любезно рассказала мне, какое его любимое блюдо, — он тяжело вздыхает и смотрит на меня, изучая мои черты или, может быть, выражение моего лица. — Ты собираешься продержать меня на улице все утро? Я знаю, что ты довольно изолирована от других, но там по дороге ходят люди.

Узел в моем животе слегка разжимается, и я отступаю назад, жестом приглашая его войти.

— Тоже хочешь бублик? — спрашиваю я, пока он оценивающе оглядывает маленькую хижину, как будто видит ее впервые.

— Это крошечное место, — говорит он, его взгляд находит диван, на котором лежит Аргус и наблюдает за ним.

— Это всего лишь я, — указываю я, отказываясь позволять себе чувствовать себя неловко из-за своего жилища. — И собаки. Извини, я не ожидала увидеть кого-то другого. Я бы прибралась...

Он резко разворачивается, когда я закрываю дверь локтем, и делает шаг ко мне, прижимая палец к моим губам. Хорошо, что у меня во рту нет наполовину прожеванного рогалика. Я могла бы рефлекторно выплюнуть его в него.

— Прекрати, — заявляет Вирджил, его голос старательно нейтрален. — Ты боишься меня, хотя я сказал тебе, что не причиню тебе вреда. Я имел в виду именно это. Тебе не нужно вести себя так беспечно или доказывать свою точку зрения.

Пока он говорит, Аргус спрыгивает с дивана и спокойно проходит между нами, используя свое тело, чтобы оттолкнуть Вирджила на несколько шагов.

Темноволосый мужчина смотрит вниз с насмешливым выражением лица, и я слегка отстраняюсь, чтобы заговорить.

— У него задание. Он хочет, чтобы ты переехал.

— Почему? — в его голосе нет разочарования или злобы.

Он делает шаг назад и перестает прикасаться ко мне, побуждая Аргуса сесть между нами и завилять хвостом, глядя на меня снизу-вверх.

— Потому что у меня есть несколько проблем, и присутствие людей в моем пространстве - одна из них. Сейчас я не возражаю, но он приучен вставать между нами, если я не дам ему понять обратное.

Я благодарна своей собаке и произношу эти слова быстро, небрежно, как будто объясняю их покупателю в продуктовом магазине.

Что мне приходилось делать много-много раз.

Я ожидаю, что Вирджил отреагирует так же, как большинство людей, которых я встречаю. Вопросы о моем посттравматическом стрессовом расстройстве являются обычным явлением, наряду с комментариями типа "ну, ты прекрасно выглядишь". Хотя большинство людей просто хотят знать, можно ли им погладить Аргуса.