— Убери свою собаку...

— Он делает свою работу! Он держит тебя подальше от меня, так что двигайся.

Он не отстраняется. Вместо этого он поднимает ногу и резко пинает Аргуса в бок, вызывая удивленный, болезненный скулеж пса. Он прижимает уши и в замешательстве отстраняется.

— Не прикасайся к нему! — я бросаюсь вперед и толкаю Энтони так сильно, как только могу, мои руки все еще дрожат, а мозг не в состоянии сосредоточиться ни на чем, кроме него.

Но Энтони почти не двигается. Он ловит меня за руку жесткой хваткой и смотрит на меня так, словно не может поверить в то, что я говорю.

— Что с тобой не так? Ты ведешь себя как...

— Отпусти меня! — кричу я и борюсь с ним всем, что у меня есть. — Отпусти!

На мои крики Аргус начинает лаять, пытаясь снова встать между нами.

— Ты ведешь себя как ребенок! — рявкает Энтони.

Его рука сжимает мою руку так крепко, что кажется, будто он размалывает кость в пыль. Маленькая, рациональная часть моего мозга отмечает, что тюрьма, очевидно, не помогла ему справиться с проблемами гнева. Именно поэтому мама ушла от него.

— Ты не можешь быть здесь! Ты не можешь быть рядом со мной, или с мамой, или...

— Твоя мать совершила ошибку, когда прислала мне эти бумаги. Это не моя вина, что она подтолкнула меня к тому, что я сделал. Мне просто нужно поговорить с ней и с тобой, и заставить ее увидеть...

— Никто из нас не хочет иметь с тобой ничего общего! — я отстраняюсь, и, к моему удивлению, он отпускает меня.

Но я спотыкаюсь и ударяюсь головой прямо в дверь. Я вскрикиваю, когда боль пронзает затылок, и падаю на землю.

— Вставай. Ты слишком драматизируешь. Ты сейчас сядешь в машину, и мы поедем поговорить с твоей мамой. Ты понимаешь...

— Слоан? — голос принадлежит Рэйвен.

Я поднимаю взгляд с того места, где сижу на холодном бетоне, и вижу ее за углом. На ее лице читается замешательство, когда она переводит взгляд с меня на Энтони.

Она тоже не одна. Другая женщина, которая достаточно похожа на нее, чтобы считать их родственницами, стоит рядом с ней и смотрит на Энтони с таким же замешательством, в то время как Аргус продолжает лаять. Шерсть у него на загривке встает дыбом.

— Кто ты? — спрашивает Рэйвен, поворачиваясь к Энтони. — Лайза, вызови полицию.

— Нет, это... — Энтони поднимает руки в знак капитуляции, когда Лайза достает свой телефон, готова набрать номер. — Я ухожу, хорошо? Ситуация вышла из-под контроля. Все в порядке.

Его взгляд на моем лице говорит мне, что это нехорошо и что он еще не закончил.

— Исчезни, — шепчу я, подтягивая колени к груди. — И не возвращайся.

— Мы собираемся поговорить, — повторяет он. – Как только у тебя появится шанс понять...

— Она сказала тебе уйти, — голос Рэйвин тверд.

Даже опасен, когда она встает между ним и мной. Он возвышается над ней, и хотя он весит вдвое больше нее, она смотрит на него сверху вниз, как будто не боится ничего, что он может сделать с ней.

Хотела бы я тоже не бояться…

К счастью, Энтони садится обратно в машину и отъезжает как раз в тот момент, когда знакомый черный грузовик выруливает из-за угла.

— Что теперь? — бормочет Рейвен, подходя, чтобы помочь мне подняться на ноги, когда появляется Вирджил.

— Это мой парень, — бормочу я, зажмуривая глаза от боли в голов.

Вулкан выпрыгивает из грузовика, и когда подбегает ко мне, наклоняется, чтобы осмотреть меня. А затем обнюхивает Аргуса. Мгновение спустя Вирджил оказывается рядом, обхватывает мое лицо ладонями и смотрит на меня с чем-то… Чем-то вроде угрозы…

— Что случилось? — спрашивает он мягким и кажущимся спокойным голосом.

Но он не выглядит спокойным. Во всяком случае, не его глаза.

Боже, я просто не хочу плакать.

— Можете ли вы ... может ли кто-нибудь из вас взглянуть на Аргуса? — спрашиваю я, дрожа так же сильно, как и мой голос.

Я чувствую головокружение и слабость. Мне кажется, будто меня сейчас вырвет.

— Его ударили, он... Я думаю, с ним все в порядке, но...

— Моя мама ветеринар. Можно мне посмотреть? — предлагает Лайза, опускаясь на колени перед моей служебной собакой.

Она ощупывает его живот, бока и ноги, бормоча похвалы в его адрес, в то время как Вирджил просто встречается со мной взглядом. Его лицо находится очень близко к моему.