Наконец, Лайза со вздохом отстраняется и потирает подбородок Аргуса.

— С ним все в порядке, — уверяет она меня. — Даже синяков нет.

— Чудесно, — шепчу я. — Потрясающе.

Я перевожу взгляд обратно на Вирджила и хватаю его за запястья.

— Мы можем пойти домой? Пожалуйста…

Стоящая рядом со мной Рейвен хмурится.

— Ты хочешь, чтобы мы вызвали полицию? И ты довольно сильно ударилась головой, не так ли? Может быть, возвращаться - не самая лучшая идея?

— Нет, я в порядке. Я в порядке, — обещаю я ей голосом, который определенно говорит о том, что я не в порядке. — Я просто хочу домой. Это... Энтони… Раньше он был женат на моей маме. Но сейчас его больше нет в нашей жизни.

Ненадолго, но взгляд Вирджила показывает мне, что он знает, что я лгу ради девочек.

— Я просто хочу уйти, — я неуверенно улыбаюсь им обоим, и через несколько мгновений Рейвен кивает.

— Если ты действительно хочешь, — наконец говорит она. — Просто позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.

Она неловко обнимает меня, поскольку Вирджил следит слишком пристально за нами, и ее подруга одаривает меня своей сочувственной улыбкой, от которой мне хочется разрыдаться.

Как только они уходят, я снова смотрю на Вирджила, перевожу дыхание и говорю:

— Меня действительно может стошнить. Или я упаду в обморок. Или и то, и другое. Да, возможно, и то, и другое. Извини, если и то, и другое.

Боже..

Я не двигаюсь со своего места на диване, когда раздаются три стука в дверь. Они легкие, даже нетребовательные. Я хмурюсь и поднимаю взгляд. Рукой крепче сжимаю ошейник Аргуса, когда пес тяжело дышит на диване рядом со мной.

Боже, если открою дверь и обнаружу, что это Энтони, я никогда не оправлюсь от этого. Я уже чувствую себя странно из-за того, что не позвонила маме. Вирджил просил меня этого не делать. Но маме нужно знать, особенно если мой отчим тоже скоро нанесет ей визит.

Я не хочу, чтобы он приближался к ней. Или ко мне, если уж на, то пошло. Мама этого не заслуживает.

— Здесь только мы, — раздается приглушенный знакомый голос с другой стороны двери. — Просто твои дружелюбные соседи по лагерю.

Это Рен? Под "нами" он имеет в виду Вирджила, которого я сегодня почти не видела, или Касса?

Что ж, я полагаю, есть только один способ по-настоящему выяснить это. Я встаю на ноги и иду к двери, чтобы открыть ее, когда Вулкан издает лай.

Он выбегает, позвякивая ошейником и виляя хвостом, чтобы тщательно осмотреть Рена и Касса, в то время как Аргус просто наблюдает с дивана.

— Привет, — приветствует его Рен, глядя на меня в поисках разрешения, когда его рука нависает над ушами Вулкана.

Я киваю, и он опускается на колени, мгновенно переходя в режим детского лепета. Касс просто наблюдает за ним, стоя в нескольких футах позади.

— Я и не знала, что ты такой собачник, — замечаю я, прислоняясь к дверному косяку и глубоко вдыхая воздух. — Правда, это... мило?

Это не совсем подходящее слово, но я собираюсь использовать его.

Боже, я так устала…

— Как поживаешь? — Касс переходит прямо к делу, поднимая взгляд на меня, и я смотрю на него несколько секунд, прежде чем отмахнуться от вопроса.

— Я в порядке. Я все равно буду жить. Что вы, ребята, здесь делаете?

Они не доставляют мне дискомфорта и не пугают меня. Они просто кажутся... нормальными. По большей части. За исключением, очевидно, нескольких ключевых различий между ними и большинством людей.

— Думаю, со мной все в порядке. Я просто пытаюсь понять, почему Вирджил не хочет, чтобы я звонила маме! — я повышаю голос, ожидая, что он выйдет из-за веранды или дерева.

Вместо этого Рен выпрямляется, и они оба смотрят на меня так, словно я, возможно, немного не в себе.

— Его здесь нет, — тихо говорит Касс.

— О, — мои брови взлетают вверх. — Где он?

— Он выслеживает твоего отчима, отмечает, где тот остановился, и подыскивает подходящее место, чтобы выбросить тело. Я думаю, он решил, что здесь лучше всего подойдет расчлененка, но я пока не уверен. Касс? — Рен поворачивается, чтобы посмотреть на своего друга, черные кудри которого обрамляют его лицо.

Касс пожимает плечами.

— А я думал, мы все еще придерживаемся плана «сожжение». Вот почему он хотел, чтобы мы забрали мусорное ведро, помнишь...

— Простите, что? — я не могу удержаться, чтобы не прервать его, и мой голос звучит выше, чем я намеревалась. — Что ты только что... Ты говоришь об убийстве?

— Мы можем зайти и поговорить об этом? — спрашивает Касс.— Мне не так нравится быть в открытую, как этим двоим, когда мы что-то обсуждаем.