Астра жует большое яблоко, которое я ей дал.

Красавчик отряхивает грязь с рубахи, лицо перекошено от злости.

– Эти ублюдки...
– бормочет он, вытирая кровь с разбитой губы.

Астра молчит, но её фиолетовые глаза сужены. Она сжимает кулаки так, что костяшки белеют.

– Нам нужно осмотреться, - говорю я, отряхивая колени.
– Узнать, где что находится.

– Зачем?
– хмурится Красавчик.

– Чтобы знать, куда бежать, если начнется что-нибудь нехорошее.

Старик Зек, до сих пор сидевший в стороне, поднимается с корточек. Его жёлтый глаз блестит в полумраке.

– Хотите экскурсию?
– хрипит он.
– Покажу, где тут что.

– Давай, - киваю я.

Старик плюёт на пол, потом разворачивается и идёт к одному из проходов. Мы следуем за ним. На полдороги к выходу из главного зала к нам прибивается Малыш.

Первый зал, куда старик нас приводит, огромный - как ангар для дирижаблей. Высокие потолки, ржавые балки, стены, покрытые странными выпуклыми узорами, будто кто-то выжег их кислотой. Вдоль стен - груды тряпья, коробок, самодельных лежанок. Люди копошатся среди этого хлама, как крысы.

– Это общая зона, - говорит Зек, размахивая рукой.
– Здесь живут те, кому некуда идти.

– А куда ещё можно пойти?
– спрашивает Астра.

– Всюду, - усмехается Малыш.
– Корабль большой. Даже я не везде бывал, хотя всю жизнь здесь.

– Он родился на корабле, - говорит старик.

Мы идём дальше. Следующий зал меньше, но не менее странный. Посередине - огромная круглая платформа, вмурованная в пол. На ней выцарапаны какие-то символы, стёртые временем.

– Здесь раньше что-то стояло, - говорит Зек, пнув платформу ногой.
– Может, алтарь. Может, машина. Теперь тут «Рынок».

– Я тут часто бываю, - говорит Малыш – Всегда есть что-нибудь интересное.

И правда - по краям зала сидят люди, разложив перед собой тряпки с товаром. Кто-то торгует едой, кто-то - одеждой, кто-то - странными амулетами из костей и ржавых гвоздей.

– Что используют вместо денег?
– спрашиваю я.

– Всё, что угодно, - пожимает плечами старик.
– Еду, услуги, информацию.

– А капли?
– вспоминаю я мальчишку.

Зек хмурится.

– Их тоже. Но лучше держаться подальше от этого.

Мы проходим дальше.

Следующее помещение напоминает бойлерную. Трубы, вентили, заржавевшие механизмы, назначение которых уже никто не помнит. В углу - огромная дыра в полу, из которой тянет паром.

– «Котел», - говорит Зек.
– Здесь греются зимой.

– Зимой?
– переспрашивает Астра.

– Да. Иногда корабль заходит так далеко на север, что вода вокруг замерзает. Тогда тут становится холодно, как в могиле.

Я смотрю в дыру. Внизу - темнота и лёгкое бульканье.

– А что там?

– Вода. Или что-то другое. Лучше не проверять.

Мы идём дальше.

Старик ведёт нас через лабиринт коридоров, каждый из которых открывается в новый зал.

– «Кузница» - здесь чинят инструменты.

– «Библиотека» - тут хранят книги, их у нас не много. Рукописные. Кое-кто из заключенных по памяти восстанавливает то, что когда-то читал. Чтобы не забыть, и чтобы помнили другие.

– «Сад» - помещение, где когда-то, возможно, росли растения. Теперь тут только плесень да грибы, которые кто-то пытается выращивать в горшках из черепов.

– «Тихий зал» - место, где нельзя шуметь. Те, кто нарушает правило, исчезают.

– «Зал теней» - здесь темно даже днём. Говорят, тут живут те, кто не хочет, чтобы их видели.

Каждое помещение - как отдельный мир. Где-то люди играют в кости, где-то молятся странным идолам, где-то просто лежат, уставившись в потолок.

– Кто всё это придумал?
– спрашивает Астра.

– Люди, - пожимает плечами Зек.
– Корабль не всегда был тюрьмой. Когда-то он был чем-то... важным. Но теперь это просто наш дом.

– И как долго вы здесь?

– Кто-то - месяцы. Кто-то - годы. Кто-то - всю жизнь.

Смотрю на Малыша, тот широко улыбается. «Ага», - кивает.

Я осматриваюсь. Стены покрыты царапинами, надписями, странными символами. Кто-то пытался вести учёт дней. Кто-то - рисовал карты. Кто-то - просто оставлял свои имена, будто надеясь, что их кто-то прочтёт.

– Помещения без цветовых схем - общие. Можете ходить в любое из них свободно. Но даже не суйтесь в те, где на входе висят красные, зеленые и желтые флажки - или намалеваны эмблемы. Это территория банд - посторонним там не рады.