– Что-то случилось?
– спрашивает она, замечая наши напряжённые лица.

– Всё в порядке, - улыбаюсь я.
– Красавчик, твоя очередь.

Она хмурится, но ничего не говорит.

Рыжий заходит в душевую, а я остаюсь снаружи. Рука в сумке, Colt всё ещё в руке.

Через минуту в коридоре появляются Малыш и двое людей в желтых повязках, а парой секунд позже появляется Зек с дубинкой, за которым идёт ещё несколько нейтральных.

– Всё нормально?
– кричит старик.

– Конфликт разрешился, - машу я рукой.

Астра смотрит на меня, потом на пришедших, пытается понять, что произошло.

Но я помалкиваю.

– --

Я выхожу из душевой, вытирая мокрые волосы свежим полотенцем, взятым из сумки. В чистой одежде чувствую себя точно король в этой помойке. Вода здесь жесткая, с металлическим привкусом, но после всех дней в столице даже такой душ - роскошь. Астра и Красавчик уже ждут снаружи, но рядом с ними стоят двое незнакомцев в желтых повязках.

Один из них - коренастый мужчина с квадратной челюстью и спокойными глазами. Повязка у него не на голове, а повязана вокруг шеи, как платок. Он кивает мне, вежливо, но без лишних улыбок.

– Ты Кречет?
– спрашивает он. Голос низкий, без агрессии.

– А ты кто?
– отвечаю вопросом на вопрос, рука уже тянется к поясу с кобурой.

– Меня зовут Горт. Я что-то вроде офицера у «Просвещенных».
– Он делает паузу, оглядывается по сторонам, затем продолжает: - Малыш рассказал нам, что произошло в душевой.

Я напрягаюсь. Значит, старик и мальчишка сдали меня этим?

– И?

– Ты убил нескольких «Детей Моря».
– Горт говорит это так, будто обсуждает погоду.
– Подлецов на корабле стало чуть меньше. Но Зеленые теперь будут за тобой охотиться.

– Пусть попробуют.

Горт усмехается, но без злорадства.

– В одиночку ты здесь не выживешь.

– Ты предлагаешь мне присоединиться к твоей банде?
– уточняю я.

– Я предлагаю тебе выжить.
– Он скрещивает руки на груди.
– Сегодня вечером капитан корабля обратится к новичкам. После этого начнется распределение. Банды будут набирать новых членов.

– И что, я должен встать в очередь и ждать, пока меня выберут?

– Нет. Ты должен не выбирать «Детей Моря» - они тебя прикончат сразу. И «Грязные Рты» - тоже плохой вариант. У них война с зелеными, и тебя просто бросят в мясорубку. Да и вообще...
– Он понижает голос.
– Они психопаты. Лучше держаться подальше.

– А твои «Просвещенные»?

– Мы держим нейтралитет. Баланс.
– Горт пожимает плечами.
– Нам не нужны войны. Мы не такие алчные как Дети, и не такие кровожадные как Грязные. Нам нужны люди, которые умеют думать. С нами и ты и твои друзья будут в безопасности.

Я киваю, делая вид, что обдумываю его слова.

– Подумаю.

– Хорошо.
– Горт отступает на шаг.
– Но помни: если ошибешься с выбором, второй попытки не будет.

Они уходят, оставляя нас в коридоре. Астра тут же хватает меня за рукав.

– Что это было?

– Предложение, от которого нельзя отказаться, - бормочу я.
– Пошли.

Мы бродим по кораблю весь день, изучая каждый угол. Надолго останавливаемся в оранжерее и я изучаю местную растительность. В горшках и на грядках не растет ничего, кроме чахлых растений с красными остроконечными листьями. Спрашиваю у одного из огородников, что это - тот отвечает “Ржавый лист”. Я спрашиваю, что это. Тот смотрит на меня, как на сумасшедшего. Потом усмехается и показывает жестом - курево.

Спускаемся на пару нижних ярусов - но там ничего интересного. Темнее, воздух гуще, стены покрыты странными наростами, будто корабль постепенно зарастает изнутри чем-то органическим.

– Это не просто металл...
– Астра проводит пальцами по стене, затем резко отдергивает руку.
– Он живой.

Красавчик хмурится.

– Магия?

– Или что-то хуже.

Чем глубже мы спускаемся, тем сильнее Астра нервничает. Её фиолетовые глаза мечутся по сторонам, пальцы сжимают край моей куртки.

– Давайте вернемся, - шепчет она.
– Здесь что-то не так. Я будто слышу… чей-то голос.

– А я ничего не слышу, - ворчит Красавчик, - Но мне тоже тут не нравится.

Я не спорю. Схожу сюда снова, в другой раз и в одиночку.

К вечеру мы возвращаемся в общий зал. Здесь уже собралась вся тюрьма.

Общий зал гудит, как растревоженный улей. Люди толпятся, переговариваются, смеются - кто-то нервно, кто-то злорадно. Я пробираюсь сквозь толпу, ищу Зека. Нахожу его в углу, где он сидит, прислонившись к стене, и жуёт что-то, похожее на старую кожаную подошву.