– Аривидерчи!
– помахал рукой Ребров.

3

Все эти разговоры, а также два бокала вина пробудили у Виктора зверский аппетит. Он взял громадную, величиной с поднос тарелку, прошелся по столам, и только нацелился вилкой в бок полутораметрового осетра, как его руку твердо отвели назад.

– Мой друг!
– трагическим голосом произнес невесть откуда взявшийся Игорь Стрельник.
– Оставь это гнусное дело. Пойдем, я лучше покажу тебе в соседнем зале женщину, которая даже из такого пошляка, как ты, может сделать романтика.

– А можно я на нее посмотрю после того, как что-нибудь съем? взмолился Виктор.

Игорь укоризненно покачал головой, словно видел перед собой совсем пропащего, опустившегося человека.

– Безусловно, нет!
– твердо сказал он.
– Я обещал, что выбью из тебя всю эту провинциальную дурь и деревенщину? Обещал! Тогда поставь тарелку и молча иди за мной.

Соседний зал ресторана был поменьше, и здесь оказалось гораздо тише. Сюда забредали спокойно перекусить или поговорить о чем-нибудь серьезном.

– Справа, в углу, - кивнул Игорь.

Там, куда он указал, стояли молодая женщина и двое мужчин. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять эмоции любвеобильного Стрельника.

Густые каштановые волосы женщины находились в том живописном беспорядке, который стоит безумных денег и минимум двух часов напряженной работы парикмахера. Одета она была в черное вечернее платье - явно штучный товар из очень дорогого магазина. В таких платьях удивительным образом сочетаются простота и изысканность, и их единственным недостатком является то, что они подходят только обладательницам идеальной фигуры.

Прежде Виктор видел эту женщину в деловых костюмах и со строгой прической, однако он сразу узнал начальника управления общественных связей компании "Русская нефть" Анну Игнатьеву. Один из стоявших с ней мужчин Реброву не был знаком, зато другого он не спутал бы ни с кем. Это был вице-премьер Владимир Шелест.

– Ну и что ты о ней думаешь?
– прихлебывая из бокала вино, спросил Игорь, явно рассчитывая на самые громкие эпитеты.

Ребров прищурился, словно оценивая габариты коробки, которую ему надо было внести в дом, и сказал:

– Прежде всего, я думаю, что это очень закаленная женщина. Если бы я ходил с открытыми плечами и спиной, то давно схватил бы воспаление легких и умер...

– И заметь, тебя никому не было бы жалко, - брезгливо пробубнил Игорь.
– Посмотри на эту женщину внимательно и запомни на всю оставшуюся жизнь: такой у тебя никогда не будет.

– Это уж точно, упаси меня Бог!
– с показным испугом перекрестился Виктор.
– Ты даже не представляешь, что это за штучка.

– Ты ее знаешь?!

– Хочешь, я тебя с ней познакомлю?
– вопросом на вопрос ответил Ребров.

Широко открытые глаза Стрельника вместили весь огромный ресторан со всеми его залами, мраморным бассейном, витыми бронзовыми светильниками в виде колонн и струнным оркестром.

– Да, я могу это сделать, - подтвердил Виктор.
– Только надо дождаться, когда от нее отвалит почетный эскорт. К тому же мне нужно задать ей пару нескромных вопросов...

Незнакомый мужчина ушел почти сразу, а Шелест стоял с Игнатьевой еще минут десять. Со стороны их беседа вовсе не походила на фривольный треп мужчины с красивой женщиной. Даже наоборот: вице-премьер что-то достаточно жестко говорил, помогая себе правой рукой, так как в левой держал бокал, а Анна Игнатьева внимательно его слушала. Иногда она вставляла какие-то замечания, на что следовал очередной энергичный монолог Шелеста.

– Он что, инструктирует ее перед заступлением в наряд по кухне?!
– не выдержал Стрельник.
– Когда же у них закончится это производственное совещание?

– Забавная мысль...
– усмехнулся Ребров.

Это замечание Игоря еще больше укрепило подозрения Виктора, родившиеся у него при изучении фотографии четырехлетней давности, где Игнатьева была снята вместе с Шелестом.

Через какое-то время Ребров и Стрельник не выдержали и пошли за очередной порцией спиртного. Когда они толкались возле бара, Игнатьева появилась в большом зале ресторана "Метрополь", одна. Она остановилась перед сценой, с любопытством прислушиваясь к тому, что играет струнный квартет.

– Пойдем, пойдем, надо ловить момент, - зашипел Ребров, буквально волоча удивленного Стрельника за собой.
– А то опять к ней кто-нибудь прилипнет.

Они приблизились к Игнатьевой сбоку, так что она, увлеченная музыкой, до последнего момента их не видела.

– Добрый вечер, Анна Ивановна, - сказал Виктор.

Она повернулась к ним и, после некоторой паузы, слегка кивнула, словно так и не решив: стоило ей здороваться или нет? Надо было быть опытным физиономистом, чтобы обнаружить на ее лице хотя бы легкие оттенки дружелюбия.