– - Вероятный пункт чего?..
– кисло переспросил я.

– - Дислокации, -- ответил он без капли смущения, -- то есть вашего появления.

Наверное, у меня был очень глупое лицо, потому что Федор Березин с Лехой перешли на тихое, игривое ржание. Я старался не смотреть в их сторону.

– - Объявляю тебе взыскание. Что-то не припомню, что говорил о доме моей невесты.

– - ...Квартировался в сарае...
– - потупившись, шепотом сообщил юмон, глядя на меня искоса.

Я готов был провалиться сквозь землю. Федор Березин с Лехой корчились от смеха. Чтоб им пусто было!

– - Каком-каком сарае?
– потребовал я объяснений.

– - Ты своих подчиненных так настращал, что тебя боятся, -- сварливо вмешалась Катажина.

– - Он не мой подчиненный!
– - отрезал я, чем окончательно свалил Федора Березина и Леху на землю. У них начались колики, переходящие в истерику.

– - Лицемер!
– бросила она мне в лицо обвинение.

– - Кто приказал тебе явиться в дом этой гражданки?
– спросил я еще раз, показывая пальцем на Катажину.

– - Вы и приказали!

И тут я едва не прикусил себе язык. Чтобы это еще значило?! Точно! Опять сработала хреновина - чертова телепатия. Похоже, я передал приказ неосознанно, а юмон обладал рожками-антеннами. Ну и ладно, сделано так сделано.

– - Отставить!
– - заговорил я армейским языком.
– - Приказ обсуждается до того, как он отдан. Инцидент исчерпан.

– - А как же взыскание?
– напомнил юмон без тени юродства.

Чувство справедливости в нем было развито до формальной глупости -- ни один нормальный юмон-марсианин не стал бы выяснять отношения с чистокровным человеком.

– - Пролетели, -- кисло пояснил я.

– - Слушаюсь!
– громко щелкнул каблуками Сорок пятый и помахал рукой Лехе, приветствуя его.

Идиот, решил я, подумав в первую очередь о себе.

В этот момент произошло нечто невообразимое: нас подбросило и весьма ощутимо. Лично я очутился головой в клумбе с моими любимыми розами, перелетев задний двор в аккурат через калитку. Дома не существовало. Крыша провалилась, а часть стены рухнула и обнажилась кухня с горячо любимым Лехой холодильником, где хранилась водка. Только после этого донесся грохот взрыва и небеса со стороны Тарховки затянуло тошнотворными клубами дыма.

Наступило безмолвие, только отдаленный гул напоминал, что произошло нечто невообразимое и страшное, о чем и думать не хотелось.

Из придорожной канавы выбирался Леха. Федор Березин слезал с карликовой марсианской сосны, а Катажину мне пришлось снимать с березы - единственное дерево в округе нормальных, почти земных размеров, потому что я его регулярно поливал. Естественно, от прически и макияжа ничего не осталось, потому что Катажина, как всякая нормальная женщина, успела прослезиться. Один Сорок пятый не пострадал. Он как и большинство, будем так говорить -- специфических клонов, обладал способностями предугадывать всякого рода землетрясения и другие несусветности. Хотя на этот раз землетрясение было явно искусственным.

Росс как ни в чем ни бывало прыгал рядом, выказывая любовь и преданность.

Не сговариваясь, мы бросились к Катажининой "яузе", которая тоже перелетела из заднего дворика и целехонькая встала перед фасадом, правда, покосилась на левый бок.

– - Леха!..

Леха с отчаянием на лице карабкался в кухню за водкой - он всегда держал нос по ветру и знал что к чему - в любых испытаниях главное пожрать и напиться, все остальное ерунда.

Снова тряхнуло. Леха уже открыл холодильник и выгребал его содержимое в мою огромную, как чемодан, сумку.

– - Леха! Брось!!!
– кричали мы.

Дом угрожающе дрогнул. В районе конька появился предательский дымок, а стена со стороны моего горячо любимого кабинета выгнулась. Кожаный диван, на котором я предавался лени, выглядывал в разбитое окно.

Леха появился в проломе. Огляделся, как воришка, и сиганул вниз, держа сумку в зубах. Удивительно, как у него челюсть не оторвалась. Как только он коснулся земли, дом захлопнулся, словно мышеловка. Стены не выдержали, и крыша упала на фундамент. Взметнулась марсианская пыль, сквозь черепицу блеснули языки пламени и жадно стали пожирать то, что осталось от нашего с Россом жилья.

– - Гони!
– Леха пихая перед собой сумку, влетел в салон и плюхнулся нам на колени, больно заехав мне в живот локтем.

Федор Березин надавил на акселератор.

– - Трык-трык-трык...

Аэромобиль был перегружен. Как только он приподнимался над землей, срабатывала блокировка двигателя: "Трык-трык-трык..."

– - Выброси сумку!
– - крикнул я Лехе с беспокойством.

– - Ни за что!

– - Выброси, идиот!
– посоветовал Федор Березин.
– Разобьемся!