А Элиас вручил Нарьке красновато-розовую астру. Едва вдохнув слегка приторный аромат, Нарька громко чихнула и от греха подальше телепортировалась. Благо, сдерживающие магию чары леса, здесь не действовали.

– Донара, а как же друид?
– отсмеявшись, спросила Айнесс.

Эльфийка замялась, накручивая на палец рыжий локон.

– Если честно, понятия не имею. До поселения оставалось не так далеко идти. Кстати, - она повернулась ко мне, - а ты не знаешь, что это за поляна?

Я немного помолчала, старательно обдумывая ответ.

– Понимаешь, - на всякий случай я отодвинулась от Нарьки на другую сторону кровати, захватывая с собою обе подушки, - вы были в святилище оборотней. Это место называется "Трайнесс Криал" - связывающее навеки.

Нарька недоуменно приподняла бровь.

– Почему?

– Потому что вход к нему доступен лишь влюбленным или Избранным.

Минут пять подруга усердно хватала ртом воздух, ее невысказанные, но четко продуманные возмущения заставили меня невольно восхититься их яркостью и разнообразием. И где она научилась так выражаться?

– В Вольном отряде и не такого наслушаешься, - буркнула эльфийка, и тут же спохватилась.
– Прекрати читать мои мысли. Это нечестно.

Я виновато улыбнулась.

– Извини, я не специально.

– Да знаю, погорячилась, - Нарька успела успокоиться, и телепатическая связь пропала.

В последнее время мы все чаще стали общаться мысленно, что несказанно радовало - значит, наши способности развивались. А проникать в сознание друг друга без использования магии мы научились после обмена кровью, традиционной клятвы вечной дружбы. Ох, и досталось же нам тогда от родителей! Очень редко смешивается кровь представителей разных рас, и если бы наши оказались несовместны, мы запросто могли бы погибнуть. Но, слава богам, обошлось.

Неторопливо поднявшись с ковра, Айнесс уселась на небольшой пуфик рядом с кроватью.

– Донара, думаю, тебе стоит серьезно поговорить со своим друидом.

– Он не мой!!!

– Ну-ну, - оборотень коварно усмехнулась, - Трайнесс Криал редко ошибается. Ведь природа чувствует все. И уж раз речь зашла об этой поляне, то может Лира соблаговолит почтить своим присутствием ночной праздник, и навестит растущее на поляне древо истины?

Я недовольно поморщилась.

– От мужа велеречивость переняла? Кстати, где он? Я все поселение облазила, но его не видела.

– Шер в город уехал по делам. Да и купить кое-чего надо - у нас летом пополнение, - Айнесс многозначительно погладила себя по животу.

Меня охватила бесконечная радость за своих друзей. Рождение новой жизни - разве не то чувство, которое заставляет забыть обо всех горестях и проблемах? Тогда на какое-то время мы перестаем думать о себе, и наши мысли посвящены этому еще не появившемуся на свет чуду. Я порывисто обняла Айнесс, искренне желая ей и ее детенышу огромного счастья.

– Что же ты молчала?

– Кто будет - мальчик или девочка?

Практически одновременно спросили мы с Нарькой, и тут же рассмеялись.

Айнесс подняла руки, призывая к тишине. Мы благоговейно замолкли, напряжение ощущалась в воздухе натянутой струной, но тут оборотень подтянула к себе одну из подушек и, обняв ее, отрицательно качнула головой.

– Не знаю.

Наполненная жизненной энергией и энтузиазмом Нарька даже забыла про насморк, горя желанием помочь будущей матери.

– А хочешь, я выведаю? У меня же связь с природой.

Айнесс хмыкнула.

– Угу, особенно с цветами, - и увидев, что эльфийка готова возразить, оборотень продолжила.
– Пусть это останется загадкой до рождения. Нам с Шером все равно, кто будет - мальчик или девочка. Хоть двойня - это нисколько не уменьшит нашу к ним любовь. Жаль только, что они не смогут перенять мою ипостась.

– Они позаимствуют твой характер, - я ободряюще похлопала ее по плечу и еле увернулась от пущенной в меня подушки.
– Эй, я же пошутила...почти.

Айнесс нахмурилась и нравоучительно начала свою любимую тему:

– Вот так нельзя говорить. Я стараюсь тебя перевоспитать, но ничего не выходит. Почему ты такая язва, а?

– Наши пороки неразрывны с нашей добродетелью, как едины свет и тьма, добро и зло, рассвет и закат, - назидательно заметила я.
– И чтобы измениться, мы должны испытать сильное потрясение, которое перевернет нашу жизнь, вытряхнет нас из мешка привычной обыденности и заставит принять новое миропонимание. Но задумайся, надо ли мне это? Ведь безгрешных людей нет, а исчезнувший один недостаток приведет за собой другой, и кто знает, что будет лучше.