– К сожалению, он уехал дня на три.

– Обидно, - сообщил Виктор и показал на лице, как ему обидно.

– А я ничем не могу быть вам полезным? - Лешина рекомендация

действовала безотказно. Именно этот вариант просчитал Виктор, на случай,

если Алексей будет отсутствовать.

– Да. Безусловно, да. - Виктор откинулся на спинку стула, руки

вытянул, положив кулаки на стол. Прямо академик Павлов на портрете работы

Нестерова, резкость, решительность, окончательность выбора.
– Шесть дней

тому назад я попал, а точнее сказать - мне устроили небольшую, но весьма

болезненную, в самом прямом смысле этого слова, неприятность. Трое хорошо

обученных молодых людей, в моем же подъезде, быстро и вместе с тем

чрезвычайно качественно меня отметелили. Кстати, Валерий, вы могли бы

узнать, не ваши ли ребята были задействованы в этом?

– Мне не надо узнавать, - холодно заметил Валерий.
– Я знаю, нет.

– Уж больно профессионально. Легкие, печень, почки до сих пор болят.

А вчера случилось нечто отвратительное и непоправимо ужасное. Но, как

видите, не со мной.

– И?
– потребовал перехода от преамбулы к сути Валерий. Виктор не

успел ответить: бесшумно приблизился официант с подносом. Виктор и Валерий

терпеливо ждали, когда он расставит на столе заказанное. Расставил.

Последним водрузил непонятный гладкий стакан, наполненный коричневой

прозрачной жидкостью на две трети. Как бы чай, потому что с чайной

ложечкой.

Сделав все это, официант ждал, глядя на Валерия. Валерий кивнул,

разрешая, и он удалился.

Виктор извлек ложечку из стакана, с удовольствием понюхал ее и

положил на стол. А из стакана отхлебнул половину. Схватил пупырчатый

огурец и, жуя, с легким недоуменьем смотрел, как всякий ожидающий

поправки, на собеседника.

– Я слушаю вас, Виктор, - мягко напомнил Валерий.

– Извините, бога ради, - сказал Виктор, допил все, что оставалось в

стакане, и придвинул к себе рыбку горячего копчения.

– Вы на машине?
– поинтересовался Валерий. Не отрываясь от вкусной

рыбки, Виктор подтверждающе кивнул.
– Тогда, надеюсь, эти сто пятьдесят -

первые и последние?

– Воистину так, - легко согласился Виктор потому, что пробил

благодетельный пот. Воздушно как-то стало, и пришла раскрепощенность,

необходимая для непростого разговора.
– Валерий, у меня к вам две просьбы.

Естественно, оплачиваемые по прейскуранту.

– Первая?
– перебил нетерпеливый Валерий.

– Пистолет, - небрежно высказал первую просьбу Виктор и свободно

улыбнулся.

– Новый незамазанный нигде "Макаров", подойдет?

– Не хотелось бы отечественный. Все-таки ворованный.

– Тогда чешский кольт. Но учтите: значительно дороже.

– Сколько?

– Три штуки.

– Согласен.

– Деньги при вас?
– Дождавшись утвердительного кивка, Валерий достал

из внутреннего кармана пиджака шариковую ручку и типографски отпечатанную

уже официально заверенную расписку. Проставил в ней сумму, расписался и

протянул Виктору.
– Передадите ее посыльному при получении товара.

Виктор выложил на стол три банковские упаковки червонцев и придвинул

их к Валерию. Валерий небрежно сунул пачки в боковой карман.

– Где и когда?
– выказал вполне естественное беспокойство Виктор.

– Сегодня. В самом удобном для вас и нас месте. Вас найдут, - Валерий

дал понять, что с первым вопросом покончено и приступил ко второму: -

Вторая просьба?

– Посчитать ребра одному очень неважному гражданину. Гражданин

этот...

– Прежде, чем вы назовете имя гражданина, мне бы хотелось узнать,

Виктор, есть ли прямая связь между ним и вами, по которой легко выйти на

того, кому приятен или выгоден акт пересчитывания ребер этого гражданина.

Виктор помотал башкой и рассмеялся.

– Излишне витиевато для примитивного сценариста. Насколько я вас