смотрела на Виктора.

– "Двойка" с лесов сорвалась, - негромко догадался оператор и рявкнул

вдруг: - Бригадир!

К нему подбежал бригадир осветителей с перекошенным лицом, с ходу

залопотал:

– Сам не понимаю как, Петрович, сам не понимаю как...

– Господи, господи! - шумно дыша возгласил режиссер, подошел к

Виктору, обнял за плечи.
– Ты в рубашке родился, Витя. Иди отсюда, уезжай

домой, успокойся.

– Что такое "двойка"?
– поинтересовался было Виктор.

– Осветительный прибор. К лесам на кронштейне крепится, - объяснил

Андрей.
– Ты иди, иди, Витя, отряхнись от этого ужаса, а я уж здесь

разберусь со всеми!

Как он при таком желании от страха не замочил портки, одному богу

известно. Излившись в загаженном павильонном сортире, он спустился на этаж

и пошел к выходу, к машине, домой. Проходя мимо фотоцеха, глянул на часы.

Час прошел, всего только час. Виктор вспомнил петино приглашение и

завернул в лабиринт. За дверью кабины гудели голоса. Там шел процесс.

Непроизводственный. Другой. Соответствующий.

– Стакан. Полный, - попросил Виктор.

Ему налили. Он выпил и молча удалился под непонимающими взглядами

теплой и разговорчивой компании, устроившейся здесь надолго.

Ехал осторожно: береженого бог бережет, который сберег Виктора

сегодня уже один раз. Осторожно, но не таясь от него, ехал следом

"Запорожец".

Приехали. Виктор вышел из машины, проверил дверцы и направился к

подъезду. Водила из "Запорожца" наблюдал за ним.

Виктор разложил фотографии на столе. Бессмысленно многозначительная

харя кавказца Удоева, псевдоинтеллектуальное личико новоявленного нарцисса

Димочки. Беспечная в своем идиотизме мордашка Ларисы. Наглые

камуфлированные спины. И эти гниды хотят сделать из него, Виктора

Кузьминского, тряпку, о которую они будут вытирать ноги.

– Ну, суки, я вас достану!
– неожиданно для себя вслух высказался

Виктор и трахнул кулаком по столу. И сейчас же, как бы в ответ, зазвенел

телефон.

– Я соскучилась по тебе, Витя, - призналась Лариса в трубке.

Ах ты, моя пупочка, ах ты, моя милая, ах ты, моя шустрая!

– Да и я тоскую прямо уж не знаю как!

– Тогда я приеду?
– предложила себя Лариса.

– Жду, жду, изнывая от страсти!
– согласился он.
– Когда будешь?

– Ну, минут через сорок, через час...

Так, часок в его распоряжении имеется. Кое-что надо сделать до ее

прихода.

Виктор в один конверт вложил Димин бумажник и заклеил его, а в другой

собрал по одному экземпляру каждой фотографии и, захватив оба конверта,

вышел из квартиры. Спустился на два этажа во время: Анна Сергеевна уже

закрывала дверь, собираясь во второй - послеобеденный поход по магазинам.

– Анна Сергеевна, у меня к вам просьба...
– подхалимно начал Виктор.

– Ну?
– потребовала конкретности Анна Сергеевна.

– Ко мне сейчас придут. Я не могу отлучиться, а тут в нашем подъезде

бумажник с документами нашел, наверное, карманники подкинули. Вы бы не

могли пакет с этим бумажником в почтовый ящик бросить? А то человек,

которого обчистили, небось волнуется из-за документов.

– Давай, - сказала Анна Сергеевна.

– И еще одна просьба, - продолжал заискивать Виктор, показывая второй

конверт.
– А вот здесь фотографии, которые моя гостья ни при каких

обстоятельствах не должна видеть. Вы бы не могли их спрятать у себя?

– Держи, - Анна Сергеевна передала Виктору хозяйственную сумку, взяла

второй конверт, открыла дверь, зашла в квартиру, вернулась через минуту и

доложила:

– Спрятала.

– Хотите мою невесту посмотреть? - предложил награду за хлопоты

Виктор.

– Когда?
– оживилась Анна Сергеевна.