— Что тут у вас, девушка, случилось? — спросила проводница, заспанная тетка лет сорока в несколько помятой форменной одежде.

— Там сидит человек, который пытался на меня напасть. Мне нужны ключи от туалета, чтобы поймать его. Все дополнительные вопросы потом, — остановила ее я, увидев, что тетка от изумления раскрыла рот и явно вознамерилась продолжить разговор. — Отойдите-ка подальше, — скомандовала я.

При последней моей фразе, произнесенной с должным устрашением в голосе, глаза проводницы расширились, и она протянула мне ключи, а сама сделала шаг назад.

Не медля ни секунды, я открыла дверь и… В туалете никого не было. А окно было опущено до предела. Видно, пока я разговаривала с Андреем, мужик по-тихому открыл это окно и сбежал.

Надо быть каскадером, чтобы спрыгнуть с поезда на такой скорости. Хоть мы сейчас и не очень быстро ехали, все равно такой трюк по силам не каждому. Значит, нам и в самом деле попался сильный противник, профессионал. А вдруг он не спрыгнул с поезда? Вдруг умудрился влезть на крышу вагона? В любом случае искать его уже бесполезно. У него было достаточно времени, чтобы уйти. От человека, способного сбежать таким вот образом, можно всего ожидать. Я вздохнула.

— А он тебе, часом, не приснился? — спросила меня осмелевшая проводница.

— Кто же, по-вашему, дверь с той стороны закрыл?

— И то верно, — согласилась женщина. — Но раз убег, давайте спать идите. Утро вечера мудренее, завтра будете думать.

— Так ведь уже утро, — показал рукой на окно Андрей. — Пошли, — обратился он ко мне, — расскажешь все.

Мы вернулись в купе.

— Где ты вообще его нашла? — спросил меня Андрей.

— Я проснулась и услышала, как около нашей двери кто-то возится. А потом почувствовала запах эфира. Видимо, мужик хотел сначала нас усыпить, а уж потом сделать свое черное дело…

— А дальше что было? — спросил Григорьев.

— Потом мы с ним немного подрались. Удивляюсь, что ты не услышал этого. Мы, конечно, не кричали, но шум все равно был.

— Я так устал, что меня и пушечный выстрел, наверное, не разбудил бы.

— Замечательно. В общем, потом он убежал и спрятался в туалете. Дальше ты знаешь.

Григорьев помолчал, а затем очень серьезно и как-то грустно сказал:

— Надо же, и в поезде достали. Думал, хоть здесь спокойно выспаться.

— Ложись, теперь этот мужик вряд ли по-явится.

И в самом деле, не дурак же он, чтобы попытаться еще раз приблизиться к нам. Я уже точно спать не буду.

— В который раз убеждаюсь, что без тебя пропал бы. Сколько раз меня уже могли убить… — заговорил Андрей.

— Думать сейчас надо не об этом, — прервала я изъявления его благодарности и решила еще раз проинструктировать. — Пожалуйста, будь все время, особенно в Москве, на вокзале и на улицах, внимателен и аккуратен. И постарайся не отходить от меня. Вернее, я всегда буду стараться быть рядом с тобой, а ты не мешай мне выполнять мои обязанности. Договорились?

— Конечно, конечно. Можешь на меня положиться.

Я взглянула на часы.

— Ты поспи еще немного.

Проводница принесла нам горячего чая. Мы с удовольствием выпили его, а потом Григорьев забрался на свою полку и повернулся к стене, пытаясь заснуть.

Я достала журнал, который купила еще в Тарасове, и принялась лениво листать его. Спать совершенно не хотелось. Из головы у меня не выходил старичок с тросточкой. Хоть он и не сел в наш поезд, зато, видимо, подослал своего молодчика, который нас чуть не укокошил недавно.

Все-таки как много в жизни зависит от совпадений и случайностей. Если бы я не проснулась и не услышала тихий шорох за дверью, то неизвестно, чем бы все закончилось. Думаю, нам не поздоровилось бы. Да, часто бывает, что какая-нибудь мелочь приводит к большим и важным результатам.

Андрей, кажется, заснул — его дыхание стало ровным. То ли усталость переборола все его страхи, то ли он не совсем серьезно воспринял ночное происшествие, только сейчас он был похож на маленького ребенка, который уткнулся носом в стенку и тихонько посапывает. У меня даже появилось какое-то странное чувство, здорово смахивающее на материнское: Григорьев съежился под простыней, и мне захотелось укрыть его потеплее. Смешно.

Часов в восемь по коридору начали активно ходить люди. Хлопали двери, раздавались негромкие голоса, недовольно ворчала проводница. Я решила не будить Андрея до последнего момента. Пусть и правда выспится. Прибудем мы в Москву к обеду, так что не имеет смысла сейчас его поднимать.

Я вышла, налила себе кипятка и быстро вернулась назад. Всыпала в стакан три ложки растворимого кофе, достала бутерброды из пакета, что собрала нам в дорогу Любовь Ивановна, и с удовольствием перекусила. Жаль, что нет возможности выпить настоящего кофе, потому что только он лучше всего поддерживает мои силы.