– Никогда не видела гномов так близко, - простодушно призналась принцесса, - Не окажет ли мне честь маленький господин и не проводит ли меня в Алиноен?

Эльфы переглянулись, несказанно удивленные такой любезностью, оказанной гному. Нок же, тронутый столь ласковыми речами, живо спрыгнул с лошади, подошел к принцессе, поклонился ей чуть ли не до земли, и рука об руку они направились по тропинке в лесную глушь. Остальные последовали за ними.

– Настоящая принцесса. Вот что значит воспитание, - тоном, исполненным гордости за свой народ, заметила Тарилор.

– Если уж гному оказан такой прием, думаю, военная поддержка Дальноземья у нас в кармане, - сказал Вернигор.

Следуя за Юрлин и Ноком, Колдунья, Тарилор и Вернигор углубились в чащу леса. Они долго шли по извилистым тропинкам, то торным, то заросшим мхом и травой, пробираясь сквозь самые глухие места, пока наконец не пришли на берег тихой лесной реки. Она струила свои спокойные темно-зеленые воды среди зарослей камыша и высоких величественных деревьев. Через нее был переброшен широкий деревянный мост, перила которого украшала резьба с искусным орнаментом из цветов и листьев. На другом берегу за мостом виднелись стены прекрасного белого города с зелеными куполами и четырехскатными крышами, похожими на пышные кроны деревьев. Сам же город напоминал гору облаков, освещенную солнцем. При появлении путников, принцессы и ее свиты лес вокруг города вдруг осветился множеством фонариков. Не было видно никого, кто бы их зажег, они засветились из-за листвы, словно по волшебству. Замерев у ступенек, ведущих на мост, путники залюбовались увиденным.

– Это и есть Алиноен?
– спросил Нок у принцессы, - Город совсем на виду. Я думал, жилища лесных эльфов скрыты от посторонних глаз.

– Так и есть, - ответила принцесса, - Вы видите город только потому, что вам позволено его увидеть. Не каждому дана такая возможность, - она обернулась к остальным и добавила, - Алиноен, столица Дальноземья, говорит вам: "Добро пожаловать".

С приходом утра дождь затих, но сплошная пелена облаков по-прежнему скрывала небо над Закатной Стороной. Холодный ветер гнал их серые волны на запад за дальние пики угрюмых скал. Когда занялся бледный рассвет, Рюадар вошел в черный зал. Госпожа все еще сидела за столом, опершись головой на руку.

– Не нашли?
– скорее подтвердила, чем спросила она.

– Как сквозь землю провалился, - дрожащим от робости голосом подтвердил гоблин, не решаясь подойти ближе.

Госпожа порывисто вскочила. Длинные складки ее черной одежды угрожающе всколыхнулись, точно подхваченные свирепым вихрем.

– Проклятье!
– прогремела она, сжимая ладони в кулаки, - Что и когда пошло не так?

Гоблин молчал, в ужасе наблюдая ее гнев. Госпожа сбежала с помоста, на котором стоял стол, и устремилась к дверям. Пройдя через весь зал, она повернулась и также быстро пошла обратно. Посреди зала она остановилась, тяжело дыша от ярости.

– Они думают, что одолели меня, - проговорила она сквозь зубы, - Но это еще не конец! Царица, мальчишка, Гвендаль - они все еще не знают, что их ждет. Они даже не представляют, что такое воевать со мной. Рюадар! Пусть принесут шкатулку из моей комнаты!

– Сейчас, госпожа, - испуганно поклонился гоблин; лица хозяйки он не видел, но за глубокой тенью от капюшона ему почудилась тяжелая злорадная усмешка.

– Сейчас же, - властно приказала госпожа и, внезапно успокоившись, поднялась на помост и снова села в свое кресло за столом.

Когда гоблин выходил из зала, за спиной ему почудился хриплый смешок, полный торжества. От него у Рюадара побежали по спине холодные мурашки.

Несколько минут спустя, гоблин вернулся в зал с двумя лепреконшами. Служанки с великими предосторожностями, точно хрустальную статуэтку, несли на подносе круглую шкатулку, украшенную чернью и позолотой. На крышке шкатулки торчали маленькие черные крылышки. Увидев ее, госпожа опять издала торжествующий смешок, так напугавший Рюадара.

– Пора, наконец, показать всем, кто достоин править Дивным Краем. Скоро все, кто посмел выступить против меня, пожалеют, что родились на свет, - сказала госпожа и щелкнула пальцами.

Крылышки на крышке шкатулки затрепыхались, и крышка слетела, открыв содержимое шкатулки. Госпожа запустила руку внутрь и извлекла толстую золотую цепочку, на которой позвякивал ключик, усыпанный мелкими изумрудами и рубинами. При виде ключа лепреконши в испуге зажмурили глаза. Рюадар тоже переменился в лице, глядя на ключ, словно на ядовитую змею.

– Неужели вы собираетесь открыть подземелье, госпожа?
– едва слышно прошептал он.

– А как же иначе вести войну?- усмехнулась госпожа, - Умадан в свое время не решился прибегнуть к этому и проиграл. Я не повторю его ошибок. Пойдем, Рюадар, я окажу тебе великую честь - ты спустишься в подземелье Маргодрана вместе со мной.

Гоблин отшатнулся, но из-под капюшона на него смотрел давящий властный взгляд, и, подавив ужас, Рюадар с низко опущенной головой поплелся за хозяйкой. Они прошли узкими коридорами западного крыла замка и вышли к винтовой лестнице, круто уходящей вниз. Она спускалась так глубоко, что ее нижние ступени терялись в беспросветной тьме. Госпожа повесила фонарь, который несла с собой на крюк в стене и продолжила путь в полном мраке. Рюадар с обреченным видом шел за ней. Неизвестно сколько они спускались, гоблин потерял счет и ступенькам и времени, но наконец лестница закончилась, и перед Темной госпожой и Рюадаром возникла дверь в каменной стене. Госпожа протянула руку, и дверь с тяжким скрипом отворилась. За ней тянулся бесконечный темный коридор, петлявший из стороны в сторону. Из стен его сочилась влага, с потолка свисала клочьями паутина. Пол был засыпан каменной пылью, было видно, что по нему давно уже не ступали ничьи ноги. Рюадар помедлил прежде, чем войти в коридор, но волей-неволей последовал за госпожой, которая уверенно устремилась вперед. Она шла быстро, почти бежала, подметая пол длинным плащом. Золотой ключ блестел у нее в руке. Казалось, ее пожирало нетерпение. Пройдя бесконечный лабиринт каменного коридора, госпожа внезапно остановилась. Перед ней была решетчатая дверь, запертая на огромный тяжелый замок. Рюадар взглянул на этот замок и тихо вскрикнул от испуга. Вместо скважины в замке сверкали два ряда острых железных зубов. Они свирепо щелкали и скалились на непрошеных гостей, каждое их соприкосновение высекало искры. Но госпожу это скорее обрадовало, чем напугало. В третий раз торжествующе усмехнувшись, она высоко подняла ключ и с силой воткнула его между зубами замка. Вспыхнул яркий огонь, зубы разжались, и замок открылся. Решетчатая дверь со скрежетом распахнулась. За ней виднелось подземелье необъятных размеров, по обеим сторонам которого находились другие решетчатые двери. Они закрывали огромные клетки из толстенных стальных прутьев, вырубленные прямо в скале. Над клетками стоял горячий пар, и слышалось размеренное громкое дыхание. Госпожа глубоко и счастливо вздохнула.