– Спите?
– тихо спросила она, сделав шаг внутрь подземелья, - Скоро вы проснетесь, мои дорогие, для великих дел. И ничто и никто не устоит против вас.

Она хотела было войти, но Рюадар испуганно вцепился в край ее плаща.

– Вы же увидели их, госпожа, так, может, не стоит заходить туда слишком глубоко?
– умоляюще попросил он.

– А ты, оказывается, трус, Рюадар, - холодно проговорила госпожа, - Я подумаю, достоин ли ты вести в бой мою армию. Ступай отсюда, жалкое существо, и отбери мне дюжих сильных ребят из черных гоблинов. Понадобятся погонщики. И скажи Торалу, пусть готовит сильнейшие заклинания.

– Займусь немедленно, - поклонился гоблин и выбежал из подземелья.

Госпожа осталась одна. Она бесстрашно вошла в подземелье и остановилась посреди него между двумя рядами клеток. Скрестив руки на груди, она осмотрелась вокруг. Подземелье выглядело заброшенным, но не было ни холодным, ни совсем темным. Откуда-то сверху в него проникали тонкие лучи света. В их отблесках синими искрами горели ряды железных чешуек на длинных хвостах, заканчивающихся копьевидными наконечниками, и на мощных спинах, украшенных острыми гребнями. Госпожа вновь счастливо вздохнула, разглядывая клетки. Их было по пятьдесят с каждой стороны широкого коридора. В них, положив тупые морды на сильные лапы со стальными когтями, прикрыв горящие желто-красные глаза и сложив перепончатые крылья, крепко спали черные боевые драконы, огромные точно горы.

Илья не знал точно, сколько времени прошло с тех пор, как он упал с непомерно высокой стены Маргодрана прямо в зияющую бездну, и не был до конца уверен, что остался при этом жив. Он помнил лишь стремительное и бесконечное падение в кружении холодного вихря и тьму, поглотившую его затем. На вопрос, как долго он лежал во тьме без движения и без дыхания, Илья тоже не смог бы ответить. Наконец, что-то начало меняться. Какие-то смутные образы замаячили перед его глазами, неясные звуки и запахи стали чудиться ему. И вот уже расплывчатый луч света появился из ниоткуда, и резкий каркающий голос громко произнес совсем рядом:

– Смотри-ка, Болван, а ведь он жив! Любой бы на его месте преспокойненько умер, а он жив. Кто бы мог подумать такое?

– Уж только не ты, Олух!
– ответил другой голос, звучащий чуть грубее и ниже, - Ты вообще не думаешь! Принеси-ка лучше воды. Раненые всегда просят пить, когда очнутся. И найди там какую-нибудь чашку почище, а то неудобно перед гостем, право. А я принесу лягушачью мазь, а то громадная дубина скоро вернется и опять будет кричать и топать ногами.

"Видно, сильно я расшибся, если даже не слышал, как кто-то кричит и топает ногами", - подумал Илья и попытался открыть глаза. Это ему удалось. Первым, что он увидел, был каменный свод над его головой, неровный и закопченный. Тусклый луч света проникал откуда-то через дыру в толще горной породы. Илья огляделся и увидел, что лежит укрытый старым шерстяным одеялом на соломенной подстилке в большой и задымленной пещере. Одна ее половина, в которой находился мальчик, была приспособлена под спальню и отгорожена вылинявшими полосатыми занавесками. Занавески были раздвинуты, и можно было разглядеть всю пещеру целиком. В другой ее части посередине стоял колченогий стол и круглые камни вместо стульев. У одной стены стояло огромное деревянное кресло с мягкими, но порядком просиженными подушками и скамеечка для ног, похожая на небольшой верстак. На другой стене висели полки со всевозможной кухонной утварью, а рядом был сложен из грубо обтесанных камней большущий очаг. В нем горели и дымили сырые ветки, распространяя по пещере едкий дым, на огне в котелке кипело какое-то варево. У очага препирались двое безобразных коротышек в обтрепанных войлочных курточках с островерхими капюшонами, коротких штанишках и большущих башмаках. В них Илья сразу же узнал лепреконов и хотел уже испугаться, что опять попал в плен к Темной госпоже. Но рассудив здраво, он понял, что пещера совсем не похожа на замок Маргодран, а оборванные лепреконы на слуг Моины. Если он и попал в плен, то к кому-то другому, а это, пожалуй, не так страшно. Единственное, за что он тревожился, так это за сохранность сундучка и своего личного камня. С усилием пошевелив рукой, Илья нащупал талисманницу на груди. Близость же других камней он ощутил, как только сознание окончательно прояснилось, хотя, где именно они находятся, мальчик пока не видел.

– Ой, смотрит, глаза открыл!
– вскрикнул один из лепреконов, шаривший на полках в поисках чашки.

Второй от его крика вздрогнул и выронил из рук большой пузырек из синего стекла, закрытый деревянной пробкой.

– Чего визжишь, у меня чуть разрыв сердца не случился, - сердито проворчал он и обернулся к мальчику, - И правда, смотрит. Эй, парень, как себя чувствуешь?

Илья чувствовал себя довольно сносно. Правда, в голове гудело, тело сотрясал озноб, а во рту почему-то совершенно пересохло.

– Можно мне воды, - прошептал он запекшимися губами.

– Я же говорил, - с довольным видом промолвил лепрекон с более низким голосом, поднял с пола упавший пузырек и внимательно его осмотрел, - Не разбился. Не стой столбом, Олух, подай ребенку воды.

Они оба подошли к подстилке, на которой лежал Илья, и склонились над ним. Их уродливые лица имели самое участливое и заботливое выражение. Глиняная чашка, которую один из лепреконов подал Илье, оказалась довольно чумазой, но пить очень хотелось, поэтому Илья крепко зажмурился и сделал несколько глотков.

– Пьет, - довольным голосом сообщил лепрекон с чашкой своему собрату с пузырьком, словно имел счастье наблюдать нечто диковинное.

– Сейчас я его опять намажу мазью, тогда он, глядишь, и есть начнет, - деловито проговорил второй, зубами откупоривая пузырек.

Из пузырька весьма противно завоняло.

– Что это?
– брезгливо поморщился Илья, невольно отодвигаясь.

– Лягушачья мазь - лучшее средство нашей матушки от синяков и ушибов, - объяснил лепрекон с пузырьком, - Ты был весь разбит, но благодаря этой чудесной штуке все зажило, как на шкуре оборотня.

– И от меня теперь, наверное, также воняет, - огорчился Илья, приподнял край одеяла и осмотрел себя и свою одежду, - Какой же я грязный!

– Грязь не сало, потер и отстало, - хихикнул лепрекон с чашкой, - Ты упал с такой высотищи и остался жив! Ты заколдованный, да?

Илья промолчал. Он не знал, можно ли доверить лепреконам, которых он видит первый раз в жизни секрет колдовских камней.

– А где мой плащ?
– спросил он, - И другие вещи?

– Шкатулочка и большой красивый ножик?
– спросил лепрекон с чашкой.