– Да, мне так и сказали.
– Римо посмотрел в сторону француженки, которая к этому времени взобралась на крышу фургона и обозревала поле битвы в бинокль.
– Слушайте, Смитти. У нас две новости - хорошая и плохая.

– Я предпочел бы начать с плохой.

– Так я и знал. По словам конфедератов, они вызвали на подмогу два батальона войск Союза и были обстреляны подразделением северян, вооруженных боевыми патронами. В ответ они напали на род-айлендцев и массачусетцев.

– Кем обстреляны?

– По их мнению, каким-то из двух северных подразделений.

– Но ведь они сами остановили эти подразделения, когда те мирно двигались на юг! Не вижу логики.

– Похоже, в здешних краях с логикой плоховато. Я расспросил этих шутов, и они заявили, что на них напали солдаты инфантерии, в то время как подкрепление из Новой Англии состояло из артиллерии и кавалерии.

– Значит, эту стычку спровоцировало какое-то третье доселе неизвестное подразделение, - задумчиво протянул Смит.

– Я еще не выложил самое главное. Оказывается, заварушка началась из-за того, что южные и северные ренактеры собрались выступить против общего врага.

– Кто же он?

– Компания Сэма Бисли.

Возникла пауза, потом в трубке послышался низкий, прочувствованный стон.

– Только не говорите мне, что это еще одна затея Сэма Бисли!

– Его компания вознамерилась воздвигнуть здесь тематический парк, сообщил Римо.

– Значит, весь сыр-бор разгорелся из-за тематического парка?

– Подумаешь! Троянская война началась из-за девчонки с кривым носом.

Смит, судя по голосу, помрачнел.

– Римо, я хочу, чтобы Дядю Сэма Бисли нашли, поймали и уничтожили, произнес он.

– Минутку, Смитти. Сам подумайте, это же Сэм Бисли! Мы не можем так просто взять и прикончить его.

– Убейте Бисли, - велел Смит.
– Его стремление расширить свою империю развлечений до всемирных масштабов едва-едва не втянуло нас в войну на Кубе. А теперь еще и это! Мне казалось, что его достаточно упечь в "Фолкрофт" и на этом все кончится, но я ошибался. Бисли - страшная угроза американскому образу жизни.

– Кое-кто считает, что Бисли и есть этот самый американский образ жизни.

– Найдите его и уничтожь.

– Я бастую.

– Нет!
– завопил Чиун.
– Он не бастует! Он сам мне сказал!

– Если вы не в силах выполнить это задание, пусть им займется Чиун.

– У меня не поднимется рука на старого доброго Дядю Сэма, - воскликнул кореец.

– Тогда доставьте его живым, я лично пущу ему пулю в лоб, - внушительно произнес Харолд В. Смит.
– Ты слышал, Римо?

– Да. В полдень должна состояться пресс-конференция. Пускай все идет своим чередом, а мы тем временем захватим вице-президента компании или кого-нибудь еще из тамошних шишек, и он выведет нас на шефа.

– Держите меня в курсе, - бросил Смит и повесил трубку.

Римо сложил антенну и повернулся к мастеру Синанджу:

– Приказ получен, пора выступать.

– Я не трону даже волоса на его почтенной голове.

– Посмотрим, может, это и не потребуется.

Римо сунул аппарат журналисту и в сопровождении учителя поспешил на поле битвы.

– Ты не сообщил Смиту о бомбе, вселяющей ужас, - многозначительно произнес кореец.

– Он дал отбой, прежде чем я успел перейти к этой части.

Они приблизились к въезду в парк. По дороге громыхала колонна автомобилей. Они были выкрашены серым, а хромированные детали канареечно-желтым.

– Что это?
– спросил Чиун.

– Судя по цвету каймы, кавалерия Конфедерации, - отозвался Римо.

Машины покатили по Кратер-роуд. При виде их часовые южан приветственно размахивали руками, бросали в воздух плоские фуражки и издавали хриплые восторженные вопли.

– Надо бы поторапливаться. Похоже, прибыло подкрепление. Глядишь, опять разгорятся южные страсти, и нам вновь придется усмирять восстание.

Глава 8

Микки Уэйзингер оказался вторым президентом-распорядителем в истории человечества по уровню заработной платы. У него была возможность без малейших затруднений скупать акции компании по пять долларов за штуку и сбагривать их на бирже по рыночному курсу.

И тем не менее он не был счастливым человеком и не мог им стать.

Пока не стал бы самым высокооплачиваемым президентом-распорядителем в истории человечества.

Ибо этот человек, заправлявший компанией, которая заставляла улыбаться всю Америку и большую часть индустриально развитых государств, чувствовал себя так, будто его жизнь представляла собой непрерывную борьбу.