Шрифт:
- Недаром же тебя «трёхногим» на шахте прозвали!
- Поэтому всё у нас хорошо. Уже один пострел булькает в колыбели, он зараз у бабки. Второй - в проекте…
- Молодцы!
- И шахта Машке помогает, даёт ей всякие послабления и уголь: шутка ли, такой герой-инвалид в доме, с орденами на мешке…
- Марья сияет, довольна. – Вспомнил лицо счастливой женщины Григорий.
– Мужик-то всегда при ней - к другой не уйдёт, не запьёт.
Павел заулыбался и признался:
- Она на меня ищо с молодости засматривалась.
- Тогда вокруг тебя такие красавицы вились…
- Зато теперича дождалась…
- Счастье - оно терпеливых любит!
- А по праздникам она мне бутылочку для поднятия настроения сами ставит. – С откровенной гордостью сказал Павел.
– Так-то, братец.
Глава 10
В конце декабря 1944 года «шахтёрскую» стрелковую дивизию спешно перебросили на пулавский плацдарм в Польше. Вопреки обычной военной неразберихи переезд прошёл достаточно организованно.
- Целая армия едет в десятках эшелонов. – Восхитился Николай Сафонов, недавно присоединившийся к их роте.
- За годы войны научились… - согласился Петя Шелехов.
Танкисты, пехотинцы и артиллеристы ехали вместе. По дороге солдаты меняли у населения барахло на самогон, и пьяные эшелоны с песнями, гиканьем, иногда со стрельбой, перекатывались по территории Польши на запад.
- Они позорят звание советского воина-освободителя!
– на одной станции начальство попробовало запретить продажу самогона.
- Хрен вам!
Танкисты забрались в ехавшую на транспортной платформе боевую машину, развернули башню танка и бабахнули противотанковой болванкой в дом коменданта между этажами.
- Начальник удрал, в чём мать родила. – Смеясь, рассказывал Николай своим новым товарищам.
- После такого всё пойдёт по-старому.
Пётр Шелехов встретил Новый год в товарном вагоне на станции с нежным название Лида. Лейтенант Босинов мрачно разбивал кулаком свои часы, а остальные солдаты танцевали вокруг раскалённой печки и пели дурными голосами пьяные песни.
- Расцветали яблони-и-и и груши-и-и!
Польша была разграблена, разрушена и подавлена немецкой оккупацией. Столица государства представляла собой горы руин, подвалы которых были заполнены телами убитых поляков.
- Могилы натыканы повсюду, - крутил лысой головой Сафонов, когда они проезжали Варшаву, - на улицах, во дворах и в скверах.
- Много поляков погибло за восстание. – Согласился Шелехов.
- Без нас немцы их порвали на фашистский крест…
Их часть не бросили в бой, а оставили в дивизионном резерве. Стояли они в маленьком городке Томашув. Польские поселения имели жалкий вид.
- Ниц нема!
– твердили испуганные жители.
- Ниц нема! Масло, яйки, мясо - фшистко герман забрал!
– повторяли они на любой вопрос…
- Где у вас уборная?
– спросил Пётр у дородной хозяйки дома, где они остановились на ночлег.
- Ниц нема, фшистко герман забрал.
… Однажды ночью их неожиданно разбудили. Полусонные, понукаемые командой, солдаты взвода Шелехова схватили автоматы и гранаты, взгромоздились на танки. И лишь когда те стремительно ринулся вперёд, солдаты окончательно проснулись.
- Отряд разведчиков обнаружил в глубоком немецком тылу, километрах в сорока от нас, немецкий концентрационный лагерь, где содержалось несколько сотен еще уцелевших узников. – Пояснил старший группы лейтенант Босинов.
– Судя по стрельбе, доносившейся оттуда, там шла ликвидация заключённых.
Разведчики сообщили по радио координаты лагеря, и командование бросило десант - четыре танка с солдатами на броне, спасать погибающих. Так как шло общее наступление и прочной немецкой обороны не существовало, танки стремительно проскочили вперёд, и вскоре, забрызганные грязным снегом из-под гусениц, они добрались до цели.
- Немцы всё строят по уму, по строгому плану. – Увидав лагерь, присвистнул Колька.
- И воюют также…
Концлагерь был квадратной формы, с каждой стороны посередине виднелись массивные ворота. По углам торчали сторожевые вышки с пулемётами. Танки зашли с разных сторон. Танкисты с хода, развернув пушки назад, высадили ворота и влетели на площадь по центру лагеря.
- Работаем по пулемётчикам ребята! – крикнул взводный Босинов.
Вдруг со всех бараков густо повалил народ. Лагерь оказался смешанного типа, но мужчины погибли в первую очередь. Женщины увидав русские танки, сразу побежали к ним и полезли на броню.