Деньги? Значит, сегодня мне не придется ходить закоулками. Я уже могу войти в приличное заведение, сесть, заказать высокий стакан пива и орешки. Я уже могу пойти туда, где собираются настоящие мужчины и говорят О ДЕЛЕ! Может быть, я даже отыщу Билла Бродягу!

Копченый гусь дал мне достаточно силы, чтобы сесть и выглянуть в окно.

Я увидел голую Маргаритку Даже не сразу понял, что это она, потому что волосы она собрала вверх, закрутила И замотала какой-то тряпкой. Ни с того ни с сего она стояла у колонки с ведром и обливалась холодной водой. Ей было очень зябко, ее передергивало, но она даже пыталась подмыться. Я подумал, что сейчас она захочет залезть ко мне под одеяло, и сразу принялся соображать — как бы обойтись без этого? Мокрая и холодная девчонка под одеялом — это сейчас было вовсе ни к чему.

Нужно было поскорее собраться и уматывать.

Я сунул мятые бумажки в карман штанов и ушел.

Настроение было бодрое и боевое. Сегодня я познакомлюсь с теми мужиками из пивного бара и предложу им ДЕЛО, думал я. Они обалдеют, но согласятся. Я все распишу как положено. Как учил Билл Бродяга. Кто где будет стоять и вообще. Потом — нужно будет угнать подходящую машину Стволы у них наверняка есть...

Я нарочно сделал крюк и дошел до того дома, где жила Ксения. Ладно, ладно, это мы еще посмотрим... Как там ее муж вез? Прямо, а потом свернул налево?

Делать все равно было нечего — я неторопливо пошел в том самом направлении.

Это доставляло мне некоторое удовольствие. Я иду по ее следу, я ее преследую, думал я, я ее достану!

В сквере я присел на скамейку выкурить сигарету. Рядом дед никак не мог управиться с толстой газетой. В конце концов страницы разлетелись, он попытался нагнуться, но помешала спина.

Я не совсем уж бесчувственный. Надо помочь деду поднять с дорожки кучу бумаги — помогу. Тем более — настроение классное, впереди — ДЕЛО и деньги! Я нагнулся, сгреб листы в стопочку, поднял — и окаменел.

На первой же странице я увидел Ксению!

Это было ее лицо!

Правда, маленькое, с мой ноготь, но несомненно — ее лицо.

Как же она попала в газету?

Я стал читать статью, при которой обнаружил снимок, и дочитал ее до конца, хотя она и призывала жалеть одиноких старушек, и понял, что Ксения работает в газете каким-то важным лицом. Значит, оставалось найти адрес! Пишут же его где-то в газетах! Может, сверху, а может, снизу.

В этой газете было шестнадцать страниц, и я все их старательно просмотрел. Адрес нашелся на пятнадцатой, действительно — в самом нижнем правом углу. Я оторвал его и собрался сунуть в карман.

— Ты что это?.. — попробовал возмутиться дед.

— Пришибу, — сказал я, встал и ушел. Еще возмущенных дедов на лавочках я не слушался!

Редакция толстой газеты “Отчий дом” была на улице Верещагина, шестнадцать. Я обрадовался тому, что, оказывается действительно шел в нужном направлении. И очень скоро оказался у двухэтажного деревянного дома.

У дверей стояли толстый мужик с сумкой через плечо в виде черного сундука, две старые бабы — одна тощая, а другая — как мяч, и еще один мужик, с такими буйными черными кудрями и красными губами, что я чуть не принял его за мулата.

Я прошел мимо, прочитал вывеску, убедился, что тут действительно редакция, и вошел.

— Где тут Ксения? — спросил я у первой попавшейся тетки.

— Второй этаж, третья дверь направо.

Я поднялся и открыл эту дверь.

Она стояла у стола, Ъ белом костюме, в белой шляпе — именно такая, с какой войдешь в любой ресторан, и все умрут от зависти. Она повернула ко мне голову, и я прочитал по ее лицу, что она взволнована почти до ярости.

Ее губы приоткрылись!

Ну что же, сказал я себе, это — судьба!

Какие, к черту, слова, какие церемонии? Мужчина и женщина нашли друг друга!

В два шага я оказался возле нее и взял ее за плечи.

Но вместо того, чтобы позволить себя прижать, она извернулась и с неожиданной силой толкнула меня. Я шлепнулся...

Нет.

Я не мог шлепнуться.

Я сел на стул. На такой черный стул с колесами. И он подо мной сразу поехал прочь от Ксении.

Очевидно, она поняла, что погорячилась, и устремилась ко мне страстно и пылко. Вот это — настоящая женщина, подумал я, вот с ней я наконец испытаю то, чего так долго был лишен!

— Сумасшедший дом! — вдруг завопила она. — Думаете, я вас отсюда выставить не сумею?

Она развернула стул со мной вместе и толкнула его к распахнутой двери. Я выехал в коридор и чуть не сшиб толстого дурака с сумкой и еще одного, совсем замухрышку.

Нужно было наконец хоть что-то сказать ей! Сказать — Ксения, это же я, Брич, я пришел за тобой, подожди немного, еще неделя — и я увезу тебя отсюда!

— Люсенька! — произнес я. — Это ты!.. Нет.

Не мог я сказать такую чушь. Ничего не говорил. Вот так. Потом все, что потребуется, скажу.