да другой не упусти, да третий поймай.

А главное - виду не подавай, что ты волнуешься или сомневаешься.

Отдал приказание - держись его. А начнешь менять свои приказания,

мямлить у селектора - вернее всего впросак попадешь. Растеряются все

на линии и пойдут путать. Дежурный засуетился, сигналист поднимет

крыло семафора на выход, а перед самым паровозом перекроет на три

крыла - на запас. Машинист запутается вконец и разгонит состав на

полный ход. Вот и врежется поезд в тупик, перебьет в щепки вагоны.

Нет, лучше уж рисковать, чем мямлить.

Был у меня такой случай.

Отправлял я не так давно машины - доменные воронки - на Урал,

Магнитострою.

Обычно грузы на Урал через Вологду идут. Другой диспетчер ими

распоряжается. А тут забили вологодскую линию товарными поездами - вот

и пришлось доменные воронки через Москву, по Октябрьской дороге гнать.

А Октябрьская - это уж мой участок. Значит, мне эту задачу и

решать.

Выкатили груженые вагоны с заводов. Днем еще выкатили, часа в

четыре дня - по-нашему, в шестнадцать часов. А пока согнали вагоны на

Сортировочную, пока сформировали поезд, пока документы ему выправили,

– подошло дело к вечеру. Надо сразу отправлять - груз-то ведь

экстренный...

Вечерние часы у меня, у диспетчера, вроде петли на шее. Днем-то

еще ничего, на дневном дежурстве и чаю попьешь и в стакане ложечкой

помешаешь... А вечером только дышать успевай. Пачками кидаешь на линию

поезда из Ленинграда. Вокзал, перроны переполнены пассажирами. Рабочие

заводов, служащие, дачники, курортники, командированные - всех надо

вывезти за город, каждый билет взял. Кидаю пассажирские поезда

пачками, а экстренный мой, с доменными воронками, все еще стоит. Никак

не могу его прихватить в пачку да из Ленинграда вытолкнуть. Для этого

надо какой-нибудь пассажирский выдернуть, а на его место сунуть

товарный с воронками. А ведь каждый пассажирский поезд свое точное

расписание имеет. Как же его из пачки выбросить?

Что тут будешь делать? Воронки-то ведь не завтра, а сегодня

отправить надо. Приказ от директора дороги. Да и без приказа я

понимаю, как ждут этих воронок на Магнитострое. Без них ведь домны

отстроить нельзя. Может, каждый день люди на станцию выходят этот

поезд встречать.

Вижу это, как перед глазами, и держу поезд на карандаше. А только

вот как пропихнуть мне его на линию - ума не приложу.

Схлынули у меня наконец пригородные поезда - пошли дальние. На

Иркутск, на Петрозаводск, на Москву. Полоцкий... Новосибирский... Еще

на Москву. Опять на Москву. Ну, не передохнуть...

Звонят из управления дороги: "Как воронки? Отправлены? К ночи

готовятся еще два экстренных состава с машинами в Донбасс...

Необходимо их вогнать в расписание".

Повесил я трубку. Вот так, думаю, переплет... На ночь вся надежда

была у меня. Думал, как пропущу скорые, так и дам магнитогорский между

шестисотыми. А тут... отбирают у меня ночь. Вот оно, дело-то, как

повернулось...

Шарю я, шарю по графику. Тычу карандашом, тычу - никак не могу

приткнуть поезд с воронками. Такая теснота... Ткнулся перед двадцать

седьмым - это скорый московский - не выходит. Перед двадцать девятым

ткнулся - опять не вышло. Перед тридцать первым... И перед тридцать

первым не вышло. А тут на очереди уже "Красная стрела", московский

экспресс. Что ж, думаю, делать-то с воронками? Из диспетчерской тебя

сейчас не выпустят. Хоть влепешку расшибись, а найди место воронкам.

Кашлянул громкоговоритель:

– Диспетчер...

Гляжу на часы. Ну да, вот она и "Стрела".

– Кто у аппарата?
– спрашиваю.

– У аппарата первый светофор. "Красная стрела" готова. Подаем из

парка к вокзалу.

– Понято, - говорю, - подавайте...

Ткнул я карандашом в график - поставил точку. Хрустнул мой

карандаш, поломался. И чинить я не стал. Отбросил карандаш, взял

новый.

Что ж, остается теперь только дорожку "Стреле" приготовить.