ник» дышит подлинной правдой фактов.

В этих интеллектуальных битвах, которые уводят вас от

спокойной и размеренной обывательской жизни, держа ваш ум

в состоянии воинствующего подъема, есть нечто подобное

опьянению, испытываемому людьми в настоящем бою.

Вторник, 16 декабря.

От меня не укрылось, что чета Доде недовольна моей по

хвалой г-же Доде как писательнице, — похвалой в записи «Днев

ника», сделанной после моего первого визита к ним. Хорошо

зная Доде, я прекрасно понял, что, когда он упомянул об ого

ворках, с которыми я похвалил отредактированные «Мемуары»

принцессы, он, в сущности, намекал на мою оговорку при

оценке описания стены в произведении его супруги.

Сегодня за обедом у Шарпантье г-жа Доде уверяет меня —

хотя, конечно, лукавит, — что и она и муж благодарны мне за

мой отзыв, но многие ее приятельницы будто бы находят, что

я мог бы проявить больше любезности. < . . . >

509

Пятница, 19 декабря.

На днях прочитал, что в Германии запретили «Эко де Пари».

Очень похоже на то, что это запрещение вызвано появлением

отрывков из моего «Дневника» * в дни, когда я гостил в Мюн

хене у Беэна.

Неужели я призывал к войне?.. Может быть. Я глупо шо¬

винистичен, признаюсь в этом, меня очень унижает и оскорб

ляет печальная война 1870 года. И, кроме того, Франция, на

чинающаяся в Аврикуре *, для меня больше не Франция, больше

не нация в этнографических границах, которые позволяют ей

обороняться против иностранного вторжения, — и я убежден,

что так или иначе не миновать последней дуэли между двумя

нациями, дуэли, которая решит, станет ли Франция снова

Францией или же она будет поглощена Германией.

Все современные писатели в одном отношении мыслят еди

нообразно: они признают талантливыми только писателей

прошлого. Я же, наоборот, нахожу у Бальзака во сто крат

больше таланта, чем у Шекспира, я отдал бы все стихи наших

поэтов XVI и XVII веков за одни «Reisebilder» 1 Генриха Гейне.

Суббота, 20 декабря.

Галлимар дает обед в честь появления знаменитого издания

«Жермини Ласерте» в трех экземплярах *.

Беседую с художником Каррьером; у него будто в нёбе

дырка, и в нее время от времени проваливаются, заглушаясь,

отдельные слова. Этот прирожденный художник обладает

к тому же и литературной жилкой, которую часто, даже слиш

ком часто, можно встретить у современных художников, по

сути вовсе не являющихся настоящими художниками. Он выта

скивает из кармана маленькую записную книжку и показывает

мне список парижских сюжетов, которые хочет запечатлеть;

один из них — «Уличная парижская толпа в движении»; это

действительно ни с чем не сравнимое зрелище безостановочно

текущей толпы я сам подолгу созерцал, сидя за столиком ко

фейни на Бульваре; Каррьеру хочется передать, как эта толпа

извивается, образуя кольца, подобные звеньям цепи; другой

сюжет — «Продажа прохладительных напитков возле Бельвиль-

ского театра»: у входа в театр толпятся продавцы в полотняных

рубахах, предлагая пиво и фруктовые воды всем выходящим со

спектакля.

1 «Путевые картины» ( нем. ) .

510

Вторник, 23 декабря.

Читаю сегодня утром только что опубликованный отрывок из

«Дневника» * и предвижу, сколько он доставит мне неприят

ностей. Находясь еще под впечатлением этой первой возник

шей у меня сегодня мысли, читаю дальше, что премьера «По

мехи» * назначена на тот самый день, что и премьера «Девки

Элизы», — вот уж поистине подставили ножку моей бедной ге

роине, которую теперь не удостоит своим присутствием ни один

критик. Козни Конена против Свободного театра дорого мне

обойдутся. Право же, Доде не должен был это допускать. Ни