предварительного брачного контракта, отказаться от которого он сможет только если не воз-

никнет влечения… Ну, об этом не будем. А потом я и опомниться не успела, как уже ока-

залась его женой. И пока ни разу не жалела.

И честно, я за не порадовалась.

В общем, время пролетело незаметно, тем более, когда вернулась Мизо с подносом еды, и

мы все это подчистую снесли, а потом оказалось, что уже пора укладываться спать и лошадка,

кстати, совсем готова.

Перед уходом кисейка помялась, а потом попросила Мизо е проводить. Они останови-

лись у порога, и Яста вполне различимым шпотом намекнула, что хорошо бы проследить,

чтобы ночью гудронка случайно не вышла из каюты. Ха! Случайно, надо же было так обтека-

емо сформулировать! И что, конечно, кисейцы тоже спят на нескольку человек в каюте и Пар-

фена не оставят одного, но кто знает… А гудронская наследница, пойманная ночью у мужчи-

ны… Несчастного ждт незавидная участь, чего его кисейская семья, естественно, ему не же-

лает. На вопрос, а почему Яста не обратилась с подобной просьбой ко мне (тут я присоединя-

юсь, очень интересный вопрос), та ответила, что не хочет меня лишний раз волновать. И, ко-

нечно же, после подобных слов я взволновалась куда сильнее прежнего. Но виду не подала.

– Хорошо, я прослежу, - ответила Мизо. В этот момент мне захотелось лечь спать поперк

двери, чтобы всяк входящий и выходящий не смог пройти, не переступив при этом через ме-

ня. Но конечно, я человек взрослый и умный, поэтому таких глупостей делать не стала. А вот

Мизо, недолго думая, надула спальное место и разместила как раз напротив двери, мотивируя

тем, что другого подходящего пространства в каюте нет. Хиромэ помялась, а потом неожидан-

но предложила уступить ей свою кровать, но вольнодумке не позволила совесть. Она так и

сказала.

– Что ты, Хиромэ, как я могу? После всего, что с тобой произошло по вине Злодея? Я то-

же участвовала! Мне совесть не позволяет! Нет, нет, и не умоляй – вс лучшее тебе. Айка вон

тоже так думает, верно?

Сохранить серьзное лицо в этот момент было практически невозможно.

Ночь таким образом прошла очень спокойно, хотя и почти без сна. Хиромэ не спалось

больше остальных, и под утро она даже побродила по комнате, но дальше Мизо и огромной

надувной кровати продвинуться не смогла.

Однако, какая завидная целеустремленность! Честно, не хотелось бы мне попасть под та-

кой напор… Я рада, что гудронка выбрала объектом своего внимания не меня, вот те крест!

Зато под утро мы, утомившись ночными бдениями, заснули так крепко, что продрыхли до

обеда, и это, видимо, кисейской команде оказалось только на руку. Кое-как приведя себя в по-

рядок, мы поплелись в кают-компанию, по приобретенной за ночь привычке зорко следя друг

за дружкой.

Там нас поджидали Белок, Алой и остывшая еда. Первым делом я поискала клапс, ну, тот

освежающий напиток, почему-то вызывающий привыкание, и очень расстроилась, когда его

не нашла. Из напитков нам предложили только воду и местный кофе, кстати, настолько по-

хожий на земной, что я бы их друг от друга не отличила.

Не знаю, где шатались остальные члены кисейской команды, точнее, наверняка они были

заняты важными вещами, но мне хотелось увидеть Парфена, а его не было. Не мне одной, как

оказалось, гудронка вс время посматривала в сторону входа. Впервые я с ней согласилась –

отсутствие Парфена меня сильно разочаровало. Хотя нет, второй раз. Первое наше общее сог-

ласие и одобрение заслужило утверждение, что он идеален.

Когда мы перекусили густым супом и хрустящими пирожками, вошл Синь. Вид у него

был такой, будто он болтался по кораблю без дела, маялся, места себя не находя, лез на стены

от скуки - и в этот момент увидел нас. Его глаза загорелись, как у собаки, которую вдруг взя-

ли на охоту, на секунду он замер, не веря своему счастью, а потом ринулся вперд.

– Добрый день! Добрый вам день, девушки. Рад, что вы так цветуще выглядите. Все вы,

как на подбор. Тут такая скукота после вчерашнего веселья, словами не передать. Все бродят

как привидения и не знают, чем себя занять до прилта домой. Двое суток безделья и маеты.