Шрифт:
чуть заметная улыбка:
– А ты баба-гром, уважаю, ступай и не серчай на меня, ты мне с первого взгляда
понравилась, но не с того края я к тебе подъехал, а может быть и нет того края с которого
можно к тебе подойти.
Повезло твоему муженьку, не часто встретишь таких верных и смелых баб...
–
Он кивнул Фросе, дав понять, что визит окончен.
Она поднялась и пошла к дверям, и уже взявшись за ручку, произнесла:
– А я думала, что отсюда сама уже не выйду, выведут...
–
И широко и дружелюбно посмотрела на молодого человека, провожавшего её совсем не
казённым взглядом.
глава 58
После посещения Комитета госбезопасности Фрося утвердилась во мнении, что проблем с
поездкой к Алесю не будет и она начала улаживать намеченное в хозяйстве и с детьми.
Отослав Алесю вторую посылку уже с вещами необходимыми в летний период и кое-
какими продуктами, она на этот раз не стала рисковать золотой монетой.
Кто знает, может так случиться, что они с Андреем раньше посылки прибудут в тот
далёкий и манящий посёлок Таёжный.
В письме к Алесю, она сообщила о смерти Вальдемара, но не словом не обмолвилась о
том, что ждёт разрешения на въезд в зону поселения и конечно о том, как она не дождётся
минуты встречи с ним.
Кто его знает, как всё удастся осуществить и когда, не стоит зря волновать любимого, ему
и без этого не легко.
Да и честно она себе признавалась, что хочет нагрянуть, как снег на голову, вот, будет
сюрприз для него...
Отсеявшись на огороде, отправилась в Вильнюс, надо было решить вопрос с Анечкой.
И, вот новая встреча с весьма уже постаревшим раввином Рувеном, который как всегда
тепло и приветливо встретил Фросю, внимательно выслушал её рассказ, вникнул в суть
проблемы.
Что касается обмена золотых вещей или монет, то сразу предложил обратиться к Ицеку, у
которого, он уверен, сохранились связи Соломона.
А вот на счёт проживания и опеки Ани ответить однозначно в данный момент не мог, но
был уверен, что найдут выход.
Он велел Фросе прогуляться по Вильнюсу, а пока займётся этим делом и с кое-кем
посоветуется.
Фрося не долго думая сразу же пошла к Ицеку, решить проблему с золотом.
Тот встретил её радостно, не смотря на косые взгляды жены, которые потеплели после
того, как Фрося вручила ей авоську с продуктами.
Пока жена Ицека их устраивала на кухне, Фрося быстро шёпотом поведала Ицеку о цели
её визита и тот заверил, что проблем не будет, пусть привозит, всё будет устроено, не
хуже, чем было при дяде Соломоне.
Вскользь она поделилась по-дружески о проблеме с Анечкой, в то же время понимая, что
у него она не оставит девочку на проживание.
В небольшой захламлённой старой мебелью квартире уже бегало двое маленьких детей.
Как же не хотелось Фросе, чтоб её Анютка превратилась в няньку, ведь её ожидали два
последних класса, а впереди институт.
Но Ицек вдруг встрепенулся и поведал:
– Моя мама живёт одна в двухкомнатной квартире и как мне кажется, она с
удовольствием взяла бы на проживание к себе девочку такого возраста.
Она постоянно жалуется, что неважно себя чувствует и нуждается, как в помощнице, так и
в напарнице, потому что из дому почти не выходит.
Моя мама, человек странный, но добрый, а болезни придумывает себе от скуки, она
достаточно образованная и я почему-то уверен, что они с твоей Анюткой поладят...
Фрося первый раз услышала от Ицека такую длинную речь, и улыбнулась...
– Я поговорю с Рувеном, что он мне предложит, и очень может быть, что уже сегодня
познакомимся с твоей мамой...
Фрося приняла к сведению этот вариант, но решила дождаться, что посоветует раввин.
Вернувшись в синагогу, она узнала, что у Рувена варианты ещё хуже, везде семьи с
детьми, а определять дочку в няньки она категорически не хотела.
Дело в том, что она собиралась оставить для дочери приличные деньги, что бы та не
испытывала нужды не с питанием, не в одежде, не в мелочах.
Фрося рассказала Рувену про предложение Ицека и тот широко улыбнулся, похвалил за