В это же время Элиана лежала на кровати, уставившись в балдахин пустым, немигающим взглядом. Вокруг нее все словно плыло, тело казалось и тяжелым, и невесомым одновременно. Все приятно кружилось, словно в мягком вальсе, и девушке это нравилось. Ей хотелось лежать так вечно, чтобы никто ее не беспокоил. Однако ее чаяниям не суждено было сбыться:

– Госпожа, вам нужно переодеться.

– М-м-м?

– Надо снять платье, госпожа, и надеть ночную сорочку. Негоже спать в фате и атласе.

– Не хочу. Мне и так хорошо…

Элиана бросила на служанку тяжелый взгляд, но это не возымело на Агнес никакого действия. Тяжело вздохнув, девушка, превозмогая головокружение, поднялась с постели.

– Вот и хорошо, - произнесла женщина, помогая невесте снять фату.

***

Когда Рихард, спустя несколько минут, появился в спальне, Элиана, полностью разоблаченная, лежала в супружеской постели, натянув одеяло до подбородка.

– Ну-ну, что тут у нас? – игриво спросил Круспе, вальяжно подходя к кровати.

Молчание.

– Хм, смотрю, новоиспеченная фрау Круспе потеряла дар речи. Интересно, интересно.

Граф подошел к Элиане и, глядя в ее огромные напуганные глаза, чертыхнулся про себя:

«Похоже, крошке промыли мозги. Чертовы бабы!»

Девушка прерывисто вздохнула и отвернулась.

– Meine liebe, что стряслось? – бархатный голос мужа заставил ее сердце сжаться. – Вам плохо?

– Да, - ответила Элиана и не солгала. На нее волнами накатывала тошнота – эйфория, которой она еще недавно наслаждалась, сменилась недомоганием. А мысль, что сейчас придется ублажать мужа, только усиливала позывы к рвоте.

– Ай-ай-ай, фрау Круспе, - улыбнувшись, Рихард присел перед новобрачной на корточки. – Чую я, что завтра тебя ожидают серьезные проблемы.

– Какие? – напряглась девушка, повернув голову к мужу.

– Головная боль, сухость во рту и ощущение, будто под колесами кареты побывали, - Круспе едва сдерживал смех, несмотря на то, что брачной ночи ему сегодня не видать.

– Это что, болезнь такая? – испуганно спросила Элиана, тут же подумав о целебных снадобьях Кары.

– Болезнь, дорогая моя, болезнь.

– И что же это? – затрепетала красавица, мысленно сжавшись.

– В народе ее называют перепел.

– Простите?

– Похмелье, meine liebe, похмелье.

Тут уж Рихард не сдержался и захохотал. А девушке внезапно стало неловко. Она надула губки и отвернулась.

– В Российской Империи это чуть ли не народное достояние, Элиана, так что не стоит делать из этого трагедию. Это не смертельно. Эх, русские лучшим лекарством от похмелья считают рассол. Неважно какой, главное, что все как рукой снимает.

– А у вас есть этот рассол? – девушка рискнула снова взглянуть на мужа. В его глазах снова искрился смех.

– Нет, конечно, - рассмеялся Круспе, - я же не полагал, что моя молодая жена в день свадьбы напьется до поросячьего визга.

– Что?! – этого Элиана не смогла стерпеть и подскочила на кровати. – Неправда, я…

– Ох, только не говори, что мои речи тебя исцелили…

Взгляд Рихарда упал на низкий вырез кружевной сорочки, в которую переоделась перед сном девушка. Соблазн узнать, что же скрывается под ней, был велик, но Круспе нужно было доиграть свою роль до конца. С трудом оторвав взгляд от округлостей, видневшихся в вырезе, граф продолжил уже спокойнее, без насмешки:

– Завтра я увезу тебя в свадебное путешествие, и ты нужна будешь мне здоровой, свежей и отдохнувшей. Поэтому ты утром выпьешь кое-какую микстуру и солоноватую воду.

С этими словами Рихард встал и обошел кровать. Откинув покрывало, он скинул халат и скользнул под одеяло. Заметив, как вздрогнула его жена, он тихо произнес, повернувшись к ней:

– Элиана… Посмотри на меня.

Девушка нерешительно повернулась и робко взглянула на мужчину. Сердце ее колотилось, как заведенное, и Круспе слышал этот нервный стук.

– Я не буду прикасаться к тебе. В конце концов, мы живем не на Востоке, и окровавленную простыню вывешивать на всеобщее обозрение никто не будет. Спи, - Рихард погладил Элиану по спутанным локонам, мягко и успокаивающе улыбаясь.

– А как же?.. Ну, в смысле… Мы разве будем спать вместе? В одной постели?

Граф откинулся на подушку и, уже во второй раз, расхохотался:

– Meine liebe, меня отнюдь не прельщает перспектива провести ночь в кресле. Хоть я и перенес на неопределенный срок нашу брачную ночь, я не собираюсь спать отдельно от законной супруги. Спокойной ночи, Элиана.