Очнулся неизвестно когда, но при ярком свете солнца. Руки невыносимо болели, ноги онемели, но слушались - действие яда прошло. Подняв голову, Шайн увидел, что висит на длинной веревке, примотанной к рее. Рядом колыхалась Тарша, тщетно пытаясь избавиться от пут. Левее охотницы безвольной колбасой болтался Бараг.

Альберт решил не тратить силы на бесполезное занятие и осмотрел палубу. Вдоль фальшбортов стояли покрытые дорогими шелками кресла, на которых восседали облаченные в просторные мантии фигуры. Гости не скрывали лиц, что означало лишь одно - пленников никто не собирался отпускать живыми. К величайшему удивлению, орков среди гостей оказалось меньшинство, гоблинов и вовсе не было - в основном люди.

Карлики сменили рванину на блестящие белые камзолы и прислуживали гостям, подавая им отнюдь не помои в глиняных кружках. Какой-то седобородый почтенный (с виду) муж тискал сидящих на коленях гоблинш, носатые страшилы в ответ заливисто хихикали.

На палубу поднялся Чок. Разом стихли разговоры, звон бокалов и прочие звуки. Выглядел хозяин балагана куда наряднее прежнего и зачем-то опирался на трость, хотя и не хромал. Остановившись точно под висящими пленниками, гоблин низко поклонился и молвил:

– Господа, у меня для вас отличная новость! Вместо одного участника нам досталось целых три, поэтому игр будет больше!

Люди захлопали в ладоши, орки принялись топтать настил. По мановению зеленой лапки шум исчез.

– Поэтому я объявляю торги! За игру будем голосовать золотом, так сказать.

– Огласите весь список, пожалуйста, - попросила миловидная златокурая девушка. Холеная, лощеная - придворная дама и частая посетительница балов. Альберту и в голову бы не пришло, что у нее такие увлечения.

– Первый: «Постоялый дом тети Боли». На ваших глазах мы выпотрошим любого понравившегося участника. Наши умельцы не дадут ему умереть очень, очень долго!

Снова хлопки и топот. Шайн судорожно сглотнул. А не воспользоваться ли кольцом пока не поздно? Случай более чем подходящий. Да только привычного покалывания на безымянном пальце дипломат не ощущал. Поднял взгляд и похолодел - кольцо сняли.

– Второй: «Голодная игра». Участники будут охотится друг на друга в степи до единственного выжившего. Если почтенным господам не нравится роль наблюдателей, они могут купить похожий сценарий. Называется «Охота на щуку». Игроки отпускаются в Степь, а вы устраиваете облаву.

Восторженных возгласов раздалось куда меньше. Гости тихо обсуждали услышанное, не спеша доставать кошели.

– Ну и последняя игра: «Арена». Участники дерутся друг с другом насмерть прямо на этой палубе. Итак, торги объявляются открытыми!

Вдоль кресел потопала четверка гоблинов с мешками в руках. На каждом мешке было написано название игры. «Голосующие» бросали полновесные золотые монеты в приглянувшийся сценарий. Тем временем Чок притащил снизу здоровенные медные весы и поставил рядом с собой.

– Тарша, что делать будем?
– дрожащим голосом спросил Альберт.

– Не знаю, - рыкнула орчиха.
– Ты у нас умный - ты и думай. Топоров обдурил, безродных обдурил, Зарзула обдурил, даже брата моего обдурил. Давай этих теперь!

Охотница стиснула зубы - Чок больно ударил ее тростью по пятке.

– Молчать!

– Надеюсь, они не будут нас потрошить, - прошептал дипломат.

Помощники принесли хозяину сборы. Даже невооруженным глазом было видно, что два мешка примерно одинаковы по объему. Чок отложил в стороны «мелочь» и повесил оба куля на весы. Стрелка, для приличия покачавшись из стороны в сторону, замерла ровно посередине. Собравшиеся недоуменно зашумели.

– Ба! Голоса разделились. «Тетушка Боль» и «Арена» набрали равное количество ваших монет, господа. Что же, можно сыграть в обе игры! Предлагаю потрошить орчиху, а орк и человек пусть бьются насмерть! Принесите инструменты!

Хлопки и топотанье слились в бурю. Зрители свистели и улюлюкали как последние деревенщины в ожидании представления.

– Я имперский дипломат!
– заорал Альберт, дрыгаясь всем телом.
– Уполномоченный посол! Вы не имеете права!

– Ага, - хохотнул старик с гоблиншами на коленях.
– А я император! Правда, девочки?

«Девочки» облизали щеки извращенца длинными слюнявыми языками.

– Не позорься, - хмуро буркнула Тарша.
– Нам все равно конец. Лучше молись духам... или в кого ты там веришь.

– Подождите, подождите!
– радостно воскликнула златокурая красавица, вскочив с кресла. Гости мигом смолкли. Она тут что, главная?
– Я придумала еще одну игру! Принесите собачку!

Возражений не последовало. Гоблины шустро метнулись вниз и вытащили на палубу некое подобие паланкина, только вместо ложа на длинных шестах покоилась клетка. Внутри лежала Стрела - изрядно побитая и похудевшая. На впалых боках сквозь шкуру отчетливо проступали ребра. И когда эти твари успели так ее уморить?