Но не так, как смотрит Волдеморт. Он так скривил рот, как будто он… что?

Я не знаю. Честно говоря, мне кажется, что ему неведомы подлинные эмоции и чувства, не говоря уже о том, что он способен понять их.

Волдеморт поворачивается к Люциусу, который отворачивается от меня, лишая возможности понять, что значит этот странный взгляд.

Не знаю, почему я продолжаю пытаться прочесть его. У меня никогда это не получится.

— Какое трогательное воссоединение, не так ли? — усмехаясь спрашивает Волдеморт.

Но Люциус не улыбается, а лишь чуть склоняет голову:

— Как скажете, мой лорд.

Волдеморт приподнимает бровь.

— Ну, что бы ты ни думал об этом, согласись, мальчишка важен для нас. Теперь у нас не один, а двое дружков Поттера, причем, близких. Это дает нам колоссальное преимущество.

Я крепче сжимаю Рона в объятиях. Мне хочется отгородиться от всего вокруг, сохранить в памяти этот миг, хочется оставаться рядом с ним столько, сколько потребуется, чтобы забыть обо всем этом кошмаре.

— Могу я спросить, как вам удалось схватить его? — голос Люциуса, словно издалека доходит до меня.

— Это было слишком просто, — бросает Волдеморт. — Он бросился на нас, едва мы вошли в дом, и он орал, как сумасшедший. Думаю, хотел отомстить за свою подружку.

Люциус издает смешок. Этот звук спускает меня с небес на землю: кроме меня и Рона здесь полно враждебно настроенных Пожирателей.

Да он стоит десятки таких как ты. Ты, кусок…

— Я оглушил его прежде, чем он смог причинить себе увечья, — продолжает Волдеморт. — А еще я обратил внимание на цвет его волос и его возраст и пришел к выводу, что это не кто иной как Рональд Уизли. Было нелегко вынести его из дома — оставшиеся взрослые пытались помешать нам. Рад сообщить, что двое из них мертвы. И рыжеволосый старый дурак, наверное, отец парня, получил серьезные ранения, но, полагаю, он может быть жив…

Рон резко поднимает голову.

— Если он умер… — его дыхание тяжелое и неровное. — Если он умер, клянусь, я…

— Ты что? — обрывает его Люциус — Что ты сделаешь, жалкий, глупый мальчишка?

Рон вырывается из моих объятий и поднимается на ноги, я устремляюсь за ним, удерживая его по мере своих возможностей. Волдеморт тихо смеется, а Люциус просто широко ухмыляется.

— ЗАТКНИТЕСЬ! — кричит Рон, вцепившись мне в руку так сильно, что кажется, что его пальцы вот-вот проникнут мне под кожу. — Если мой отец мертв, клянусь, я лично разделаюсь с вами!

Волдеморт прекращает смеяться, но улыбка все еще блуждает на его отвратительном лице. Взгляд Люциуса темнеет, и я чувствую, как знакомые невидимые щупальца сжимают сердце.

— Не смей открывать рот, пока тебе не прикажут, мальчишка, — тихо говорит Люциус и поднимает палочку. — Круцио!

Рон падает на пол, крича от боли. Он корчится, кричит, дергается и снова кричит…

Я падаю рядом с ним. Если бы я только могла удержать его, сделать хоть что-нибудь, лишь бы помочь ему…

Но как я могу помочь ему, когда точно знаю, что в этот момент он готов умереть, лишь бы боль прекратилась?

Ничто и никто не может прекратить это.

Кроме Люциуса.

— Остановитесь! — кричу я, глядя на него. — Он не заслуживает этого! Пожалуйста…

Но он просто смотрит на меня с садисткой улыбкой, пока Рон кричит в агонии, и от этих криков у меня начинает болеть голова.

— ПОЧЕМУ? — бесполезные, бессмысленные слова, но что еще я могу? — ЧТО ОН ТАКОГО СДЕЛАЛ? ПРЕКРАТИТЕ, ОСТАНОВИТЕСЬ!

— Достаточно! — крик Волдеморта обрывает мои мольбы.

— Как пожелаете, мой лорд, — Люциус поднимает волшебную палочку.

Слава Богу! Спасибо, спасибо!

Я притягиваю к себе дрожащего, вздрагивающего Рона, шепча глупые слова утешения:

— Все хорошо, все будет хорошо, обещаю.

— Если кто-то и должен наказывать мальчишку за его несдержанность, то это только я, Люциус, — Волдеморт будто делает замечание.

— Простите, милорд. Я просто не мог больше терпеть его дерзость.

Ах, ты, злобный, бессердечный ублюдок! Зачем, зачем ты сделал это?

— Хм, — лорд хмурится, глядя на Люциуса, а потом поворачивается ко мне и Рону. — Не волнуйся. Раны твоего отца не смертельны. Нам ни к чему пока избавляться от него, по крайней мере, не тогда, когда его сын находится в полной нашей власти. Мы можем извлечь пользу из этой ситуации.

Рон медленно поднимает голову. Он весь дрожит в моих руках.

— Что вы имеете в виду? — ослабевшим голосом спрашивает он.

Волдеморт начинает смеяться, а Люциус закатывает глаза.

Я знаю, что имеет в виду Темный Лорд. Ну, могу предположить. Они будут шантажировать Уизли. Ведь только одному Богу известно, на что готовы пойти родители, чтобы сохранить жизнь своему ребенку.

— Мы не поймали Поттера, но мы можем использовать эту парочку для достижения цели. Но для начала, — Волдеморт поворачивается к Пожирателям, — Уильямс?