Когда гранд–адмирал собрался лететь на пост наблюдения, Ронан пытался напроситься вместе с ним, но Траун ему отказал. Тогда заместитель директора потребовал от коммодора Фейро дать ему второй челнок, чтобы нагнать всю компанию в пути, но и она отмахнулась от него с плохо скрываемым презрением, которое едва вписывалось в границы субординации.

Впрочем, жизненный пример самого директора Кренника, которому Ронан старательно следовал, учил никогда не опускать руки. Мало–помалу он перебрал всю цепочку, пока не наткнулся на слабое звено среди офицерского состава, сплоченного вокруг гранд–адмирала. Им оказалась начальница ангара, старший лейтенант по фамилии Зокстин, которая недолюбливала и Трауна, и Фейро, зато испытывала подобающее уважение к имперской элите.

Сам Ронан не был частью этой элиты. Но директор Кренник — другое дело, и в определенных кругах принадлежность Ронана к его свите придавала ему политический вес. А развевающийся белый плащ, пожалуй, дополнял картину.

У космического объекта, к которому он направлялся, было три стыковочных зоны. Одну из них занимал челнок Трауна, а на вторую нацелился летательный аппарат незнакомой конструкции. Замдиректора отметил про себя, что змеиные очертания и эмблема из концентрических кругов определенно выдают сходство с кораблем чужаков, который завис в стороне от бакборта «Химеры».

Как видно, не допустив высокопоставленного имперского чиновника, коим являлся Ронан, до поста наблюдения и его технологий, Траун без зазрения совести пригласил туда инородцев. Пылая от злости, замдиректора посадил челнок в третьей стыковочной зоне, решительно отчитал штурмовика, который порывался спросить у гранд–адмирала разрешение на прием пассажира, и направился в указанном этим штурмовиком направлении.

«Находка должна стоить потраченных на нее усилий», — мрачно думал он, размеренно шагая по пустынному коридору.

Ожидания оправдались.

У дверей дежурили коммандер и два штурмовика смерти, и это явно указывало на то, где именно сейчас находится Траун со всей честной компанией. Однако, в отличие от первого солдата, для этих троих регалии Ронана были пустым звуком. Дозвонившись до гранд–адмирала, штурмовик молча выслушал его ответ, и долгую секунду заместителю директора ничего не оставалось, как молча прожигать его взглядом в ожидании решения. В конце концов штурмовики — как показалось Ронану, весьма неохотно — расступились и пропустили его.

Боец назвал помещение медцентром, хотя в глазах замдиректора оно меньше всего походило на лечебный отсек и скорее напоминало допросную. Но это он заметил лишь краем глаза, потому что все внимание оказалось сосредоточено на четырех существах, сгрудившихся у дальней стены возле процедурного стола.

Гранд–адмирал Траун.

Женщина с синей кожей и горящими алыми глазами, как и у самого Трауна, в белой военной форме незнакомого покроя.

Девочка шести–семи лет, такая же синекожая и красноглазая, в простом летном комбинезоне, сидящая на столе.

Очевидный факт, что сородичи гранд–адмирала пришли ему на помощь в недавнем скоротечном бою, сам по себе вызывал немало вопросов, которые Ронан обязательно задаст по ходу этого дивно закрученного дела. Но все они отступили на задний план под тяжелым взглядом четвертого члена группы.

Коммандера Илая Вэнто, дезертировавшего из имперского флота и явно перешедшего в услужение чужому правительству.

Изменника.

— Я просил, чтобы вас оставили на «Химере», — ровным тоном произнес гранд–адмирал, но Ронан уловил за этим спокойствием нотку неудовольствия.

— Вы сами прекрасно знаете, что ваш приказ не имеет силы, — парировал замдиректора, не сводя глаз с Вэнто. Многие сомнения внезапно рассеялись. — Директор Кренник и губернатор Таркин четко определили пределы вашей юрисдикции в отношении меня.

— На имперском военном корабле командир обладает всей полнотой власти, — отрезал Траун.

— Но теперь я вижу, почему вы так упорно пытались от меня отвязаться, — продолжил Ронан. — Здравствуйте, коммандер Вэнто. Или дезертирам полагаются новые звания? Что–нибудь в духе ваших новых друзей и союзников?

— Господин заместитель, обращайтесь к нему «лейтенант», — попросил гранд–адмирал. — Его отъезд из Империи не был дезертирством. Наоборот, все устроено по приказанию и с ведома Императора.

— Да неужели, — протянул Ронан, поддавшись волне скепсиса. Типичная защитная уловка: одна сторона приводит в качестве аргумента весомый авторитет, а другая кроет еще более громким именем. Сам замдиректора назвал Кренника и Таркина, Трауну ничего не оставалось, как приплести Императора.

Типичная и в то же время глупая и порочная уловка. Допустим, в этой глуши, вдали от Центра Империи и самой цивилизации, Трауну сойдет с рук его вранье. Но в конце концов придется подкреплять слова доказательствами, и тогда все посыплется.