Аро взял пузырек со светлячками и отправился проверять ближайшую территорию на предмет наличия чудовищ. Мор устроился в узловатых корнях миндального дерева и принялся вытачивать арты. Синьягил, с любопытством поглядывая на это рукоделие, занялся пардами, которые его слушались беспрекословно.

– Я выбрала не ту специальность, – невпопад вдруг заметила Тау, запрокинув голову к ясному ночному небу. В ответ на изумленные взгляды пояснила. – Кладоискатели вскоре исчезнут. Люди потеряли знания о техниках управления энергией, но, глядя на последствия экспериментов Великих Древних, за это можно лишь благословить Хранителей памяти Аладара. На смену магии и пустоте пришли алхимия и артефакторика. Вскоре все заклятия, за которыми так гонятся охотники за сокровищами, развеются. Не сейчас, так через век. И прошлое окончательно останется в прошлом.

Меньше всего от трущобной Мара ожидала пространных рассуждений.

– Ну, следуя твоей логике, на твой век сокровищ хватит. А пока есть товар, найдется и покупатель. Так что погоди хоронить вашу братию, – посоветовала она.

Тау еще какое-то время понаблюдала звезды, потом опять пожала плечами и вернулась к заметкам. Аро вошел в круг света изумрудного костра, когда похлебки было уже на донышке. Мара с улыбкой протянула ему плошку… и застыла, глядя, как его выворачивает от одного ее вида. Первым сообразил Кай.

– Что там?

Аро сплюнул и, глядя почему-то на Синьягила, кратко бросил:

– Трупы.

Западный Эйя, окрестности Пустыни

Аро

Цикады трещали, как оголтелые, облепив окровавленные доспехи. Высоко в кронах, словно насмехаясь над опасливо сбившимся в кучку отрядом, заухала ночная птица.

– Свежие, – Синьягил подцепил кончиком когтя ошметок кожи и принюхался. Выскользнувший из-под одежды пятнистый хвост нервно ударился о землю.

Аро напряженно оглядывался, но причину гибели целого отряда «Химер» из десяти человек определить не мог. Судя по характеру нанесенных ран, создавалось впечатление, что они сами вдруг напали друг на друга. Только вот дневников экспедиции при них не было. Вообще ни единого клочка бумаги.

– Знаешь кого-нибудь? – не выдержав давящей неизвестности, поинтересовался он у Тау. И тут же пожалел об этом, резерв магии скрутило тянущей болью. В последнее время он все более странно реагировал на пустотницу, поэтому свое общение с ней старался сводить к минимуму.

Тау поджала губы и отрицательно покачала головой. Сделав вид, что Аро здесь нет, обернулась к Каю.

– Это одичавшие их убили?

– Нет. Они сами, – подтверждая мысли Аро, мотнул головой Кай.

– Следов яда нет, – прогнусавила Мара, пытаясь отрешиться от вони. – Может, проклятье?

– У них неслабые амулеты, – заметил Мор, не спеша приближаться к телам, сваленным посреди лесной чащи.

– Мороки Гнусных топей заблудили и помутили рассудок? – предположил Аро.

– До топей сотня лиг на северо-запад, – покачал головой Кай, отходя от трупов, начинающих распространять сладковатый запах гнили. – Будь это блуд, они бы под его влиянием покромсали себя прямо на болотах.

– И взгляд у всех сфокусирован, а воздействие морока всегда сопровождается дезориентацией, – пробормотал Синьягил.

Аро покосился на него и в который раз задумался кто его спутница такая, что у нее на побегушках был сам Великий Древний? Тау как-то обмолвилась, что его животный ужас перед спутницей уже достоин стать байкой для всех желающих пройти обряд сплетения судеб.

Руки у Паладина все еще чесались вогнать Кукольнику клинок в сердце. За то, что из-за него Эйя до сих пор не может избавиться от чудовищ. Но только эта тварь, прокляни его Создатель, знает путь в Цитадель. Аро просто не мог себе позволить такой роскоши, как небрежение подобной возможностью добраться до нее. Он скрипнул зубами и перечислил:

– Но если это не одичавшие, не яд, не проклятье и не морок, то что, раздери меня дракон, это тогда такое?!

Спросил и поморщился. Прозвучало истерично. Будь здесь Иэла, непременно бы возопила в унисон. Синьягил дернул пятнистым хвостом, плавно выпрямился и уставился на запад.

– Гипноз.

– Мозгоправы выродились пару веков назад, – не согласилась Тау.

– Вместе с исходом Хранителей, не так ли? – веско намекнул Синьягил.

Взгляд Тау почернел, хрупкая фигурка стала похожей на натянутую струну.

– Надо же, как в Цитадели чужаков жалуют! Даже гипнотизируют, чтобы они друг друга поубивали, лишь бы не растрепали секреты! Кто-нибудь здесь все еще согласен идти в столь дружелюбное место? – пропела она, обведя взглядом отряд.

Мор вызывающе сверкнул ореховыми глазами из-под низко надвинутого капюшона. С этим все ясно, он за метаморфом и за край мира потащится. Мара вскинула неуверенный взгляд на Аро, заметила упрямо сжатые губы и решительно скопировала его готовность идти в Цитадель до победного конца. В душе заворочалась смесь мрачного удовлетворения и раздражения. Ее покладистость эликсиром проливалось на мужское самолюбие. Но она уже успела наскучить.