Я уверена, что это проблематично, но его слова что-то разворачивают во мне, заставляя чувствовать себя более непринужденно, чем следовало бы, учитывая, что я смотрю на длину лезвия между его пальцами. Но это так, и я киваю в знак понимания, когда он опускает лезвие, чтобы упереть кончик между моих грудей.

— Если ты хочешь знать ... — он легко проводит лезвием вниз, и оно ни разу не задевает мою плоть, пока я лежу под ним совершенно неподвижно. — Я никогда не собирался, чтобы все зашло так далеко. С тобой так сложно, особенно с собаками. Ты знаешь, сколько дополнительных шагов я предпринял, чтобы убедиться, что они нам не помешают?

Я не двигаюсь и не отвечаю. Я не могу, когда мне кажется, что мой голос застрял в горле.

— Закрой глаза, — я снова смотрю на его маску, не уверенная, что смогу это сделать. — Закрой глаза для меня. — повторяет он, и я заставляю себя сделать то, о чем он просит, хотя мои пальцы впиваются в простыни по обе стороны от меня, а тело гудит от напряжения и страха.

— Я просто собирался понаблюдать за тобой. Или, может быть, убить тебя, хотя эта идея так быстро вылетела из головы. Однажды я увидел тебя здесь, стоящей у окна и смотрящей прямо на меня. Ну...

Я вздрагиваю, когда кончик лезвия обводит мой сосок, затем перемещается, чтобы проделать то же самое с другим.

— Я был уверен, что напугаю тебя настолько, что ты скажешь мне уйти в первую ночь. Принцесса, тебе действительно следовало сказать мне уйти. Посмотри, где ты сейчас, а?

Мне нравится тон его голоса и то, как он подстегивает меня, когда он проводит лезвием по моей груди.

— Ты лежишь на своей кровати, практически голая, с серийным убийцей, вырисовывающим контуры на твоем теле своим ножом. Тебе это кажется очень рациональным?

Серийный убийца? Мне кажется, что кровь застывает в моих венах, замедляя движение, пока я пытаюсь осознать это. Мои губы приоткрываются, я хочу спросить его кое, о чем, но быстро, как вспышка, лезвие его ножа оказывается у моих губ, и он заставляет меня замолчать, прежде чем я успеваю сформулировать настоящий вопрос.

— Не сегодня, — выговаривает он, проводя лезвием по моему лицу, чтобы остановиться у основания горла, где острие впивается ровно настолько, чтобы я это почувствовала. — Я собираюсь дать тебе поспать сегодня вечером, — продолжает он, и в его голосе слышится сожаление от этого признания. — Я не давал тебе спать две ночи подряд, и я не могу ожидать от тебя какого-либо серьезного разговора, если ты засыпаешь на ногах. Ты уезжаешь на несколько дней, верно? Так ты просто будешь здесь, разводить костер или гулять по палаточному лагерю?

Я не уверена, откуда он знает о моем расписании. И хотя я предполагаю, что он просто хватается за соломинку в отношении моих повседневных привычек, он довольно точен.

Наблюдает ли он за мной и днем?

— Но нам придется поговорить, так что это неизбежно.

Нож исчезает, и я открываю один глаз, чтобы увидеть, что его голова наклонена набок, пока он наблюдает за мной. Мягкая усмешка покидает его, и он обхватывает мою челюсть рукой, проводя большим пальцем по моим губам.

— Ты можешь открыть глаза, — сообщает он мне, и я открываю их, чтобы посмотреть на маску.

— Мне тоже можно говорить? — спрашиваю я подчеркнуто театральным шепотом.

— Не с таким отношением.

Он прижимает большой палец к моим губам и откидывает мою голову на подушку, когда садится, нависая надо мной. Маска ярко выделяется в темноте.

— Я собираюсь уйти, — напоминает он мне. — Ты хочешь кончить до того, как я уйду, или предпочитаешь просто лечь спать?

Его большой палец покидает мой рот, задерживаясь на нижней губе.

— Конечно, я хочу кончить, — шепчу я, мой голос тише, чем его.

— Не смотри так возбужденно. Я не собираюсь трахать тебя сегодня ночью, принцесса. Не тогда, когда тебе нужно поспать.

— Почему?

Он снова засовывает большой палец мне в рот, когда перегибается через меня, чтобы порыться в моем ящике, и мне требуется всего секунда, чтобы понять, что он ищет.

Конечно же, когда он откидывается назад и вместо этого садится между моих бедер, он держит мою маленький вибратор и вибратор побольше, которым он трахал меня в первую ночь.

— Потому что я, блядь, так сказал, принцесса. Не болтай языком, или я свяжу тебя и оставлю здесь до утра с вибратором в твоей киске, — угрожает он, и в его голосе нет ничего, кроме серьезного обещания.

Незнакомец раздвигает мои ноги, одной рукой удерживая их, в то время как другой рукой отодвигает мои шорты в сторону.

Я ожидаю жужжания вибратора. Не ощущения его пальцев без перчаток, дразнящих мои складочки. Я задыхаюсь от нового ощущения, не сажусь и не двигаюсь, только смотрю в потолок. Прикосновение кожи к моей коже было восхитительно новым опытом, но я хочу чувствовать его. Не только его член, но и его руки и рот.

Я хочу увидеть выражение его лица под этой маской.